- Метта, - вздохнул Ястреб, - ей нужен ваш совет.
- Вы? – маркиза уже догадалась, что могло случиться.
- Я люблю ее, Элора.
Ястреб встал с кресла и отошел к окну. Размышляя, заскользил взглядом по цветникам. Он давно чувствовал потребность выговориться. Но перед кем он мог излить душу? Перед коллегами-Магистрами? Он представил язвительный взгляд Кесария, учительский Гора, ухмылку Торина… да и остальные его не поймут. Есть ещё Велт – друг навсегда. Но… В последние годы они как-то отдалились. Да и не тот у Велтара жизненный опыт. Была в его жизни настоящая любовь.
Сорок три года счастья. Так он считал. Гениальная художница, она называла его своим вдохновением, а он ради нее готов был на все. Любой ее каприз, любая прихоть… Совершенно не владея магией, она благодаря своему возлюбленному до последнего дня выглядела так же как в тот день, когда они встретились. А потом эта идиотка отравилась и оставила записку: «Прощай Вель. Меня покинуло вдохновение. Мне больше незачем жить». Велтар чуть с ума не сошел, пытаясь понять, как такое могло случиться, и кем же для возлюбленной был он сам. Спасая друга от депрессии, Бриан решил, что уж он-то точно никогда не влюбится. Да и зачем связывать себя с одной женщиной, когда вокруг такое разнообразие. Нет, в этом вопросе все они ему точно не наперсники и не советчики.
- У меня было много женщин, - заговорил Ястреб, продолжая смотреть в окно. – Было бы странно, будь иначе. Я менталист и владею эмпатией. Возможно, именно это и сделало меня циником. За жаркими признаниями и чувственной страстью я всегда «слышал» расчет. Всем им нужен был не я сам, а мой титул и мои возможности в магии. Очень редко бывало иначе. Но эти редкие исключения были не интересны мне самому. Может, мне просто не везло. Не знаю. Но я очень быстро привык воспринимать восхищение женщин как должное. И привык их использовать.
Метта в моей жизни появилась по моему расчету. Первоначально ни о каких чувствах речи и быть не могло. Мне такое и в страшном сне не могло присниться. Ее я тоже собирался использовать. Но не сложилось. Потом она стала для меня обузой. Боги! Как же она меня раздражала! Но отпустить ее я не мог. Ее Дар слишком опасен, и для нее самой и для всех. А я его пробудил. Постепенно я стал к ней привыкать. Когда случилась эта история с некромантской тучей, когда она умирала у меня на руках… а может все началось еще раньше… но тогда я почувствовал… я и сейчас не знаю как это назвать. Я понял, что не могу ее потерять. Она нужна мне. Именно она, а не ее Дар. И все изменилось. То, что раньше меня раздражало, стало казаться милым и очаровательным… Элора, а какая она умница! Ее наивные вопросы подарили мне столько новых идей. Я действительно хочу подарить ей город, который она полюбит… Больше всего я хочу, чтобы она наконец-то стала мне доверять. Поверила в мои чувства. Я действительно люблю ее. Что мне делать, Элора?
- Вы седлали ей предложение? - взволнованно спросила маркиза.
- Больше года назад и она мне отказала, - Ястреб поморщился от воспоминания о том, как это было.
- Тогда вы не были с ней близки. Вас ничего не связывало. Сейчас все по-другому, - убежденно сказала маркиза.
- А если она мне снова откажет? – в голосе Ястреба звучала тревога.
- Будете делать ей предложение до тех пор, пока не согласится, - пожала плечами маркиза, как бы говоря: «Что тут непонятного?»
Какими же недотепами бывают мужчины! Вот Ястреб привык к личной свободе. Еще бы! Он же Магистр. Ему и в голову не приходит, что все остальные живут в рамках своих сословий, где действуют жесткие установления. Эти установления впитываются с молоком матери, да и после родители постоянно твердят о недопустимости их нарушения. И каково девице из благородного рода лишиться девственности без обручения? Это считается несмываемым позором, а он удивляется, что Метта расстроена. Рассуждала маркиза, собираясь в замок.
- Элора, мы теперь все живем в южном корпусе, - объяснял Ястреб, когда они вернулись в Ястребиный. – На первом этаже гостиные, музыкальный салон, есть столовая и прочее разное. На втором апартаменты. Наши с Меттой, ваши, Ринка, когда мой ученик изволит вернуться. На третьем детские. Это нам еще долго не понадобится. На крыше цветник. Ваши вещи перенесли. Устраивайтесь, а я пойду разыскивать свою любовь. Надеюсь, она не сбежала. - Он заметно волновался.