- Лар! Это что-то опасное? – встревожено спросила маркиза.
- Что ты, дорогая! Мне просто нужно позаботиться о нашем будущем доме, - Лартан обнял Элору и наклонился к ее лицу – близко, близко. – Ты обручишься со мной? – прошептал он в ее губы.
- Да, - выдохнула маркиза даже не успев подумать.
Оказывается, поцелуи это так приятно! Прожить больше сорока лет и только сейчас ощутить, как от прикосновения чужих губ по телу растекается тепло и тебя накрывает сладкая дрожь желания. Элора едва не сомлела от нахлынувших ощущений.
- Хм! Я так понимаю, маркиза подтвердила согласие?
Как же не вовремя появился в этот раз Ястреб со своей ехидной усмешкой!
- Что с датой обручения? Решили? – как ни в чем не бывало, спросил Магистр.
- Сейчас! – заявила Элора, ее несла какая-то сумасшедшая волна.
- Лора! А как же платье? – пискнула Метта.
Она была в полном недоумении от решения маркизы. К ее собственному Обручению Элора готовилась обстоятельно, а тут…
- Метта! Какой же ты еще ребенок! – Лора вывернулась из объятий Топи и чмокнула подругу в щеку. - Когда-то давно, у меня было роскошное платье и толпа гостей в несколько сотен, а потом годы тоски и отчаянья. Мне не нужна праздничная мишура! Я хочу, чтобы в этот раз моя замужняя жизнь сложилась совсем иначе.
- Все будет, как ты пожелаешь, несравненная! - Лартан снова заключил Лору в свои объятия.
- Вы долго еще? Латиний ждет! - возмущенно возвестил Ринк.
Ученик перенял манеру Учителя являться без предупреждения.
Звезды гасли, загорался рассвет. К храму компания подошла в тот момент, когда над городом засияло солнце. Маги еще на берегу очистили все наряды от снега и влаги. Менять их вид не стали. Небесные Родители видят всех такими, какие они есть на самом деле, а посторонних в храме в этот час точно не будет. Вот и получилось, что на свое Обручение изысканная маркиза пришла в сапожках на небольшом каблучке, платье до щиколоток и меховом тулупчике. Конечно, платье было из фарнской шерсти, тулупчик из редкого меха песчаного барса, водившегося на дальнем юге Империи, но все же, все же… Как только Элора уверилась, что главное событие в ее жизни вот-то состоится, ее снова стали волновать мелочи, платье и прочее, но отступать было поздно.
- Элора ла Сарфен, готова ли ты доверить свою жизнь этому мужчине? Стать его помощницей и хранительницей очага в вашем общем доме?
- Готова!
- Лартан Вагнар, готов ли ты принять на себя ответственность за эту женщину? Защищать ее от невзгод, заботиться о ее благополучии?
- Лори! Ради счастья быть с тобой, я готов на все!
- Да соединятся ваши судьбы в одну судьбу!
Просветленный Латиний надел им на пальцы обручальные перстни.
- Можете сказать друг другу то, что считаете самым важным, - закончил церемонию Латиний и удалился за Родовой книгой, в которой ему предстояло сделать памятную запись.
Метта с Брианом и Ринком отступили подальше, чтобы не мешать откровениям обрученных.
- Несравненная! У меня нет слов! - обняв невесту, зашептал ей на ухо Лартан. – Мне сейчас не говорить хочется, а… - он зашептал еще тише.
- Значит, и моих слов ты не услышишь, - притворно вздохнула Элора, щеки которой заалели румянцем, похоже, она очень много в своей жизни не испытала. – Я тебе потом все выскажу. Просто пообещай, что выслушаешь и постараешься меня понять.
В таком состоянии Лартан готов был обещать и Небесный Камень достать, если бы она попросила.
- Прошу расписаться, - Латиний положил на кафедру Родовую книгу.
Лора с недоумением разглядывала совсем новую книгу в темном кожаном переплете с золотым тиснением и неизвестным гербом на обложке. Топь открыл ее. На самой первой странице была короткая запись, в которую Элора впилась глазами. Запись гласила: «25 дебия 1982 года эпохи Обретения состоялось Обручение герцога Лартана Вагнара и маркизы Элоры ла Сарфен». То, что из ее именования исчезла фамилия первого мужа, Элора восприняла как должное, но вот все остальное… Однажды на вечерних посиделках Бриан рассказал, что все Родовые книги герцогов Пограничья начинаются с легендарных записей. В том смысле, что в них отмечено лишь само событие без всяких подробностей и ссылок на родословие его участников. Даже шутливо процитировал первую запись из своей Родовой книги: «Тогда-то герцог Кхем Сарфен представил Небесным Родителям своего сына…».