Ястреб решительно толкнул дверь и вошел в просторную светлую комнату. Свет шел из больших окон с легкими полупрозрачными шторами. Из мебели в комнате наличествовали только кровать, стоявшая почти посредине, изножьем к окнам, и прикроватный столик, рядом с изголовьем. Такой минимализм тревожно царапнул Ястреба. Почему так? У его девочки должно быть все самое лучшее, уютное и красивое. Завтра же здесь все будет иначе! Бриан сделал несколько шагов стараясь рассмотреть Метту, которую загораживала от него массивная фигура Вилты. Лекарка зыркнула на посетителя и, не говоря ни слова, прошествовала на выход с таким выражением на лице, что будь она магиней – Ястреба испепелило бы на месте. Метта повернула голову в сторону Бриана. На ее лице появилась слабая тень улыбки, как будто на настоящую улыбку у нее не было сил. Сердце Ястреба на миг остановилось, а потом забилось с бешеной скоростью.
- Ты пришел, - заговорила Метта тихим слабым голосом. – С детками все хорошо. Они здоровы. Прости, так получилось, я плохо справилась. Теперь, вот… - она беспомощно развела руки.
На большой кровати Метта выглядела совсем маленькой. На ее бледном лице выделялись явно искусанные губы. Она лежала не шевелясь, двигались только голова и руки. Ястреб почувствовал, что от стыда готов провалиться сквозь пол. «Давай, сбеги! – съязвил его внутренний голос. – Это же твой любимый способ борьбы с душевными травмами. Пока бегаешь, может все само собой и устроится».
Убегать он не стал. Подошел, осторожно присел на край жесткого матраца и взял Метту за руку.
- Счастье мое, что случилось? – спросил Бриан взволнованным голосом.
- Я две недели не доходила, - вздохнула Метта. - Роды начались с вечера. Вдруг. Даже Вита не ожидала, что такое может случиться. Кир привел лучших целителей, только магия не помогла, а я… Я двигаться не могу. У нас получились крупные детки, Бриан. Вилта прогнала магов и сама меня лечит.
Ястреб представил, сколько боли пришлось вытерпеть его девочке. «Вот зачем Кир притащил магов? Нужно было… Откуда ему и Вилте знать, что и как нужно было?! – осадил он себя. – Я и сам этого толком не знаю, но был бы рядом, наверное, смог ей помочь. Ты ей крупно задолжал! – встрял противный внутренний голос. - Всю жизнь будешь расплачиваться. Давай, начинай!».
- Малышка, а помнишь? – Бриан изобразил мечтательную улыбку.
Говорил Ястреб долго. Вспоминал разные веселые случаи из их жизни. Как Метта училась плавать, как они устраивали скачки на лошадях и она победила (не важно, что он поддался), как она лазала по деревьям в кырымском саду, как танцевала на Дне Дракона с королем… Смысл всей этой словесной шелухи был в том, чтобы отвлечь Метту от ее теперешнего состояния, и включить уникальную способность Изменяющих менять что-то не только в окружающем мире, но и в самих себе. Делать это сознательно Метта не умела, но если бы девочка смогла почувствовать себя прежней…
- Ой! – сказала Метта. – Бри! У меня внутри что-то хрустнуло! Кажется, я могу пошевелиться.
- Я сейчас позову Вилту, - подхватился с кровати Бриан.
Вилту звать не пришлось. Возможно, она давно стояла под дверью. Стоило Ястребу подняться, как дверь распахнулась и в комнату вошла лекарка с корзинкой уставленной флаконами с разными снадобьями. Вилта вручила Ястребу открытый флакон и велела выпить. Бриан в растерянности выпил содержимое и только потом понял, что выпил успокоительное. Это было именно то, что ему сейчас требовалось.