- Господа студенты! – воззвал к сознательности приятелей Ронкор. – Давайте определимся с названием нашей школы. Вон у всех старых школ какие звучные имена: ШИК! КУШ!
- Еще Клушу вспомни или Школу Искусств Зверина, - подкололи его. – Их кроме как «шизиками» никто и не называет.
- Их так шиковцы прозвали, из зависти, - не согласился кто-то из компании. – Из Зверинской школы самые лучшие мастера искусств выходят.
- Вот, чтобы нас как-нибудь обидно не прозвали, лучше уж самим, - настаивал Ронкор.
- Мы правильно называться станем, - заявил «кузнец». – Королевский Университет Сокрета, значит КУС.
- И будут звать нас «кусошниками»! - раздалось из толпы.
- Кусаками! – веско сказал «кузнец», помахивая кулаком. – Уж мы свой кусочек «пирога счастья» откусим!
- Да, побольше! Побольше! – дружно подхватили все.
Как ни странно, все названия, придуманные инициативными студентами в первый вечер, прижились.
Глава 20.1.
Глава 20.1.
Элора сидела в своем университетском кабинете, который не так давно числился буфетной и имел выход в бальный зал, ставший отныне лекционной аудиторией ее факультета. Деканесса перебирала свои заметки и планировала шаги по (ни много ни мало), изменению общественных приоритетов сначала в собственном королевстве, а со временем и на всей Ливерии.
Нет, она не мечтала о равноправии женщин с мужчинами, разговоры о котором возникли лет пять назад, как ни странно, в Зарштатте. Конечно, зарштатских женщин можно понять, при такой-то тирании мужчин. Но! Храни нас Небо от подобной глупости! Женщинам нужно вовсе не равноправие, а всего лишь некоторое привилегии, считала маркиза.
Значит, не стоит подавать мужчинам идею, что от женщин можно требовать исполнение тех же обязанностей, что сейчас лежат на них. В Зарштатте мужчины возмутились крамольной идеей. Может быть, будут возмущаться еще долго и бурно. А вдруг согласятся? Чем тогда это сможет обернуться? Вполне возможно предположить, что согласившись (на словах) они переложат на женщин всю ответственность, а сами… Сами начнут предъявлять им бесконечные претензии и всячески их порицать и унижать. Но при этом не будут рваться вернуть все «как было». Зачем впрягаться, если кто-то по глупости решил тащить твой воз?
Элора собиралась сыграть на том, что мужчины до старости дети. Чем иным можно объяснить тот факт, что своих жен и дочерей они воспринимают не иначе как кукол? Они их наряжают, обвешивают драгоценностями, учат танцам и несложным разговорам, а потом хвастаются ими друг перед другом. Еще женщин продают, хотя и называется это иначе. Ведь заключение брачных договоров часто без участия самих женщин и есть продажа, как ее не назови.
На своем факультете Элора собиралась показать девушкам возможность, как стать полноценными интересными личностями. Развить их дарования. Параллельно с этим через печатное слово начать влиять на сознание мужчин, что хвастаться можно не только внешним видом своих женщин, но и их способностями и успехами. Не важно, в какой сфере. Если женские дарования станут считаться престижными, мужчины начнут вкладывать средства в их развитие. Конечно, со стороны может показаться, что для женщин при этом мало что изменится. Та же кукла, только в другой упаковке. Пусть мужчины именно так и думают! Умной образованной женщине будет гораздо легче управлять своей жизнью незаметно для мужчин.
Сокрет благополучное королевство. Войн на его территории не было уже почти половину тысячелетия. Жизнь устоялась и даже застоялась. Всем давно хочется чего-то особенного, и маркиза способна это особенное создать. За двадцать пять лет жизни в зарштаттской аристократической семье, где она не могла ни шага ступить, ни слова сказать без одобрения мужа, Элора выносила столько коварных планов, что теперь просто фонтанировала идеями.
Она была убеждена, что большинство этих идей Сокрету только на пользу. Вот другим государствам они вполне могут принести ощутимые неприятности. Вызвать общественные потрясения. Так им и надо! Сами виноваты! Элора от задуманного не отступит. Через четыре года с первым выпуском студенток ее факультета начнется новая эпоха в общественной жизни Сокрета. Эпоха достойных женщин или женского достоинства… как ее обозвать, маркиза еще не решила. Но непременно начнется!