— Я бы никогда не стала «бомбой».
— Потому что ты слишком хороша для любого тамошнего мужика, — он целует меня в макушку. — Надо отпраздновать.
Его рука сжимает мою талию, и я знаю: если бы мы были не в комнате, полной людей, он бы уже срывал с меня эту вязаную кофточку, и мы бы праздновали наши победы по-взрослому.
Провожу пальцем по его кожаной куртке и встаю на цыпочки, чтобы прошептать на ухо:
— Может, оставим это на вечер? — смеюсь, голос лёгкий, игривый.
Вот текст без звездочек:
— Мне нравится, как ты мыслишь. — Он игриво шлепает меня по попе. — Но я думал о чем-то большем. О поездке.
— О поездке? — визжу я, едва сдерживая восторг.
— У меня есть свободные выходные через три недели, последние до мая. Как насчет небольшого путешествия, чтобы увидеть северное сияние?
Я чуть ли не подпрыгиваю на месте, ощущая, как внутри меня бурлит щемящий восторг.
— Ты серьезно?
— Абсолютно. До Финляндии всего три часа полета, — говорит он буднично, словно спонтанная поездка за северным сиянием — самая естественная вещь на свете.
— Не может быть! — Мой ум лихорадочно перебирает детали. — О боже, в Хельсинки есть один магазин пряжи, который я обожаю. Я уже много раз заказывала у них шерсть. Было бы потрясающе побывать там! И я бы могла протестировать образцы для коллаборации с Джорджией. О, и я слышала, там есть ночной поезд — представляешь?!
Он тепло улыбается.
— Что захочешь, моя девочка.
Тут же на сцене появляются Свен и Омар, врываясь, как стая перевозбужденных золотистых ретриверов. Они хлопают Кэмерона по плечу, осыпая его поздравлениями за сегодняшнюю победу.
— Лучший игрок матча! — кричат они, поднимая бокалы.
— Без вас бы не справился, — отвечает он, притягивая меня к их объятиям и сияя той самой гордой улыбкой, от которой у меня подкашиваются ноги.
Наша уютная идиллическая сцена рушится, когда парни наконец отпускают нас. Но они не уходят, явно ошарашенные этой редкой, сентиментальной стороной Кэмерона, которую я так полюбила. Они смотрят на него, будто на интерактивную инсталляцию, ожидая следующего хода.
— Что за поездка? — подталкивает его Омар.
Я бросаю взгляд на Кэмерона, и он кивает.
— Кэмерон везет меня в Финляндию смотреть северное сияние.
Свен подхватывает:
— Вам обязательно надо остановиться в «Октоле».
— Не порти сюрприз, — ворчит Кэмерон, но с улыбкой.
Я понятия не имею, что такое «Октола», но, зная вкус этих ребят ко всему роскошному, это должно быть что-то невероятное.
Неужели этот день может стать еще лучше?
Мое сердце вот-вот выпрыгнет из груди.
— Подожди, ты уже забронировал? А что, если бы я сказала «нет»?
— Риск того стоил.
Я смеюсь.
— С каких пор ты стал азартным игроком?
— Я делаю ставки, только когда знаю, что шансы в мою пользу, — парирует он с игривым подмигиванием, проводя рукой по моей спине и останавливаясь у поясницы. — И поверь, когда дело касается тебя, я всегда выигрываю.
От его слов у меня по коже бегут мурашки.
— Да ну? — поднимаю бровь, на губах играет ухмылка. — А если бы у меня были другие планы?
Он наклоняется ближе, и его дыхание щекочет мое ухо:
— Тогда мне пришлось бы тебя переубедить.
— Ну ладно, самоуверенный, — хихикаю я. — Похоже, едем в Финляндию.
Свен хлопает Кэмерона по спине, разрушая наше внезапно раскаленное флирт-шоу перед его командой.
— Чувак, у вас будет потрясающее время. Только пообещай привезти мне «Дамлес». Это такие шоколадные конфетки — тебе понравится.
— Ты меня подкупил уже на слове «шоколад», — улыбаюсь я. — И заодно привезем пару селфи на фоне северного сияния.
Кэмерон усмехается и понижает голос до мурашечного тембра:
— И, возможно, еще пару сюрпризов.
— О, теперь ты говоришь! Я жду не дождусь.
— Я тоже, — бормочет он, и в его голосе звучит обещание. — Это будет незабываемо.
Омар разражается смехом:
— Ты только посмотри на этого романтика! Кто бы мог подумать, что наш Хастингс способен на такое?
Кэмерон просто закатывает глаза:
— Смейтесь, смейтесь.
— Сладкий до приторности, — добавляет Свен. — Главное, не возвращайся с «сырым дном». Не хотелось бы разочаровывать Пола Холливуда.
Я фыркаю:
— Не переживай, у Кэмерона будут идеальные «звездные выпечки», пока вы тут сидите с сырым низом и недопеченным печеньем.
— Правда? — удивленно поднимает брови Кэмерон.