И вдруг ее охватила безумная радость, радость жизни, полной самых невероятных сюрпризов! И все равно, все случится так, как предначертано, так что все эти рефлексии совершенно лишние. Только портят нервы! Как пелось в какой-то советской оперетке: «Разговор на эту тему портит нервную систему!» В детстве соседка, очень нежно относившаяся к Ясе, вечно защищавшая ее от матери, частенько напевала эти строчки. Я ее любила, у нее было хорошо, уютно, она всегда меня привечала, пыталась как-то примирить с матерью, дарила мне подарки, подкармливала, словом, как могла скрашивала безрадостное детство. Где она теперь, жива ли?
…Глеб Витальевич, вернувшись домой, в первый же вечер сказал жене:
– Наташка, погляди, какой сюжет я снял в Стокгольме!
– Глеб, что с тобой? Ты сроду не снимал никаких сюжетов на телефон?
– Ну, это того стоило! Снял специально для тебя! Посмотришь, я сразу сотру!
– Ну-ка, что там такое? – заинтересовалась Наташа. – Батюшки, да это же Яся! Ой, а что с Иваном-то творится! С ума сойти! Глеб, и что дальше?
– Ничего! Она ушла, и отключила телефон.
– Но не похоже, что он ей безразличен?
– Мне тоже так показалось.
– А куда она вообще девалась?
– То-то и оно, что неизвестно. Но Ванька настроен решительно… Готов нанять детектива…
– Да ты что! Эк, его припекло. Непонятно только, зачем он все-таки женился?
– Наташка, скажи на милость, чего ты так невзлюбила эту Дину? По-моему, вполне нормальная женщина, хозяйка хорошая, Ваньку любит… Какого рожна ему надо?
– Глеб, как показывает опыт, ты в женщинах ничего не понимаешь.
– Ерунда! Я же вот тебя разглядел и ни секунды не пожалел об этом.
– Но зато твоя Людмила была та еще… У меня даже слов нет приличных для нее! Ее родные сыновья о ней и слышать не хотят! И я подозреваю, что Дина недалеко от нее ушла. Так что если Ванька вздумает разводиться, может такая вонь подняться…
– Вот и не надо ему разводиться.
– А если там любовь?
– А пускай крутят любовь на здоровье, так сказать, втихаря.
– Да ну, Глеб, уши вянут! – рассердилась Наташа.
Яся поменяла телефон. И что из этого следует? Что я ей не нужен? Скорее всего. Но как же быть с тем чудесным мгновением, когда она дрожала в моих объятиях, отвечала на поцелуи? Ну, с другой стороны, эта дрожь и поцелуи мало что значат. Сколько баб дрожало в моих объятиях, и что? Все они что ли меня любили? Чепуха! Просто мне хотелось истолковать эту дрожь в свою пользу… Старый ты болван, Ваня! Вон Дина постоянно объясняется тебе в любви, и чем больше объясняется, тем меньше я ей верю, а она еще и дрожит и стонет, одним словом картина всепоглощающей любви и страсти. И что толку? Но она хоть изображает, а Яся просто бегает от меня… А может у нее другой есть? Нет, я все-таки должен найти ее и поговорить. Пусть скажет открытым текстом, что я ей не нужен, вот так, глядя прямо в глаза… Я должен все выяснить, а то эта неосуществленная любовь может стать наваждением. И, кажется, я придумал, как мне ее найти и заодно еще кое-что узнать о ней.