– Не вздумай! – категорически заявила Женя.
– Что?
– Не вздумай заморить себя голодом. Тебе худоба не пойдет. Сама же говоришь, ему все нравится. А что там могут сказать в его окружении, тебе на это начхать!
– Мне, допустим, начхать, а ему?
– Если он в тебя такую влюбился, значит и ему начхать! И потом, ты совершенно не толстая, ты стройная, ты просто не тощая, и все!
– Да ну…
– Слушай, давай заканчивай свои дурацкие комплексы лелеять, ты очаровательная, мужики на тебя клюют, ты захороводила просто охренительный кадр, так с какой стати эти мучения?
– Ты правда считаешь, что он охренительный?
– А ты сама что ли не видишь?
– Я-то вижу… – тяжело вздохнула Яся.
– Вот и радуйся! А то развела тут канитель. Пошли обедать!
– Не хочется!
– Глупости! Думаешь, кому-то нравятся анорексички?
Яся невольно улыбнулась.
– До анорексички мне далеко!
– Если встать на этот путь, результат может быть достигнут скоро и тебя будут показывать по телеку, жуткую, страшную скелетину! Ты этого хочешь?
– Нет!
– Тогда пойдем!
– Ладно. Пойдем!
Иван Алексеевич прямо из аэропорта поехал на работу. Дел за эти дни скопилось немерено. Секретарша сразу подала ему на подпись целую кипу бумаг.
– Иван Алексеевич, вы завтракали?
– Да, перекусил в аэропорту.
– Может, сделать вам кофе?
– Да, пожалуй, и покрепче!
Верная Виолетта Геннадьевна подала ему еще и два бутерброда с сыром.
– Поешьте, а то знаю я вас, закопаетесь в делах и про обед забудете! Вам нужна язва желудка?
– О нет! Спасибо!
– Извините, у вас что-то хорошее случилось? Вы так сияете!
– Да! Случилось! Мой зять благополучно выкарабкивается после аварии. А страхов было много.
– Замечательно! – воскликнула Виолетта Геннадьевна, а про себя подумала: «Ох, тут не в зяте дело! Похоже, он влюбился, и, возможно, всерьез, я за двенадцать лет работы никогда еще его таким не видела, и ведь явно не в жену… Бедный, поспешил жениться и что теперь?»
Она обожала шефа, считала его самым лучшим человеком на телевидении.
Он сидел, очень внимательно вчитываясь во все документы, которые предстояло подписать. Он хорошо знал – стоит только расслабиться и можно подмахнуть черт знает что!
Зазвонил его мобильник. Дина! Он сбросил звонок и отправил эсэмэску: «Извини, важное совещание». Но рабочее настроение было нарушено. Мысль о предстоящем объяснении с женой была глубоко противна. Он вскочил, прошелся по кабинету. Взад-вперед, взад-вперед! Ладно, надо вернуться к делам. Но предварительно он взглянул на снимок Яси в айфоне. Любимая моя! Потом он переслал этот снимок на свой рабочий мобильник. О его существовании Дина не подозревала. Там он держал только сугубо конфиденциальную информацию. А в айфоне он снимок стер. На всякий пожарный случай.
На работе он пробыл допоздна. Но, наконец, решил, что хватит. Что я, как страус, прячу голову в песок? Рано или поздно придется сказать Дине все, как есть. При одной этой мысли его бросало в дрожь.
Он открыл дверь ключом.
– Ванечка! Приехал, любимый! – выскочила ему навстречу Дина. – Устал, мой бедненький? Ну, иди скорее переоденься и приходи ужинать, я приготовила все самое твое любимое!
Она обняла его и поцеловала в губы.
– Динуша, погоди, я…
– Прости, любимый, я просто так ужасно соскучилась.
– Я должен сперва принять душ, я же с самолета сразу в офис, – лепетал он и скрылся в ванной комнате.
– Ванечка, может потереть тебе спинку?
– Нет, я уж как-нибудь сам! – ужаснулся он. Надо сказать ей все за ужином, чтобы сразу перекрыть доступ к телу. Да, Верещагин, умеешь ты устраиваться.
После душа он пошел на кухню.