Джонс! Я удивилась не тому, что Страша забирают, а тому, что у него такая банальная фамилия — Джонс.
— Зачем так спешить? Неужели вам у нас плохо? — вяло пискнула Примула. — Библиотека в полном вашем распоряжении столько времени, сколько вы пожелаете, инспектор. Что касается Страша, я не очень понимаю, какую он может принести пользу вашему расследованию.
— Знаете, инспектор, мисс Трамвелл права! — объявила миссис Гранди, ногтем поддевая огурец. — Я уверена, что в участке вы из этого человека слова не вытянете. У него сведет челюсти, когда он снова увидит решетки. Вот это женщина!
— Мы просто выполняем нашу работу, — обиженно пророкотал Уотт, выглядывая из–за спины инспектора.
Официальные лица удалились, и нам ничего не оставалось, как заняться едой. После трапезы все гуськом потянулись в холл, поскольку в доме, где царит траур, даже неофициальным лицам не полагается выходить где попало. Гиацинта и Примула посерели от переутомления. Не глядя друг на друга, сестры попрощались с гостями и поднялись к себе в комнаты. Гарри оживленно трепался с еще одним весельчаком, мистером Дизли. Годфри отправился звонить по телефону, а его мамаша копалась в сумочке, разыскивая мелочь, чтобы заплатить за звонок.
Ко мне подошла Мод.
— Хорошо, что сестры решили отдохнуть. Слишком много волнений в их–то возрасте. Ужасно! Они, наверное, вспомнили о смерти Лилии. Тогда в доме тоже была полиция и такое же отвратительное дознание! Они никогда об этом не упоминают, но… — Берти бочком подошел к нам, вцепился в руку Мод и что–то прошептал. — Тсс, — прошептала она в ответ. — Я знаю, что ты хочешь поговорить с мисс Филдс, но только когда будет поменьше народу. Мне тоже нужно поговорить с Тессой.
О чем? О том, что нехорошо прикидываться больной? В голове у меня запульсировало. Мод спрашивала Берти, не напоминаю ли я ему кого–то. Она имела в виду женщину или мужчину?
— А что говорят о смерти Лилии?
— Сейчас уже почти ничего. Слухи давно утихли. — Она поправила прядь волос, упавшую мне на лоб. — Тебе самой нужно отдохнуть, ты лучшее лекарство для Примулы и Гиацинты.
— Мод, вам надо позаботиться о Берти. Вам есть с кем его оставить?
— Сейчас я возьму малыша с собой, а вечером мы вернемся в "Кельи". Сестры Трамвелл предложили переночевать здесь. Очень любезно с их стороны.
— Да, очень, — с готовностью согласилась я, а Берти радостно вскрикнул:
— Мы что, правда можем здесь остаться? Казалось, недавние страхи начисто выветрились из его головы. Да и какой мальчишка станет бояться убийцу, когда вокруг столько интересного?! Но на месте Мод я глаз бы не сомкнула, прежде чем дело не раскроется. Убийца не будет знать покоя, ведь в любую минуту второе "я" мальчика по имени Фред может вдруг ожить и поведать, что произошло на тропе.
Мистер Дизли был единственным, кто перед уходом проявил признаки тревоги. Шагая по лужайке, он продолжал бросать в сторону второго этажа страдальческие взгляды, которые придавали ему сходство с бассетом, мучающимся несварением желудка. Неделю назад ни за что бы не поверила, будто такой старик способен умирать от страсти, но с тех пор я сильно повзрослела. Мне вспомнилась новость про папу и Руту, тетушку Гарри. Будем надеяться, что Ферджи окажется начеку. И в то же время я хотела, чтобы папа нашел свое счастье. Его чувства к маме останутся неизменными, но ее давно уже нет с нами…
Гарри мимоходом попрощался со мной, на секунду оторвавшись от разговора с Шанталь — он предлагал подбросить ее до деревни в катафалке сестер. Мотоцикл на время вышел из строя, и я почти смягчилась, когда услышала, что прошлой ночью он добирался на попутках. Но почему сейчас уезжает? На ум пришла единственная веская причина — лошади, которых нужно кормить. Я очень понадеялась, что при встрече они на радостях как следует покусают Гарри.
Как папа отнесется к тому, если я стану монахиней? Представив, какой болезненно–бледной, но соблазнительной буду в монашеском одеянии, я немного развеселилась. А свою праведную жизнь начну с того, что вымою посуду. Весьма безответственно со стороны Шанталь свалить все на меня, но так уж и быть, если страдать, то по полной программе. Должно быть, Шанталь вообще не занималась грязной посудой: у раковины я неизменно заставала только Страша… Что с ним сейчас? Может, Шанталь спешит в полицейский участок, чтобы увидеться с ним?
Кто–то должен был приготовить обед. В холодильнике обнаружилась свинина, я нарезала мясо, репчатый лук, лук–порей, картофель и поставила в духовку. Когда же появится Страш? Настенные часы мрачно известили, что уже пятый час. Доставая из шкафчика посуду, я наткнулась взглядом на прислоненную к стене стремянку. Может, Страш влез на нее вчера утром, приложил ухо к люку и подслушал, о чем говорил Энгус? Впрочем, подслушать могла и Шанталь. Прокралась через сад в гостиную и приникла к замочной скважине. Не сглупила ли я, доверившись ей?