Пошевелил ключом, и этот слабый металлический звук показался ужасно громким.
Неудача.
На почте царила тишина.
Ричер вставил ключ в самый нижний ящик в восьмом ряду.
Пошевелил ключом.
Он повернулся.
Замок открылся.
Ричер отошел назад, настежь распахнул маленькую дверцу и наклонился. Ящик был забит до отказа: пухлые конверты с защитным слоем внутри, большие коричневые, большие белые, письма, каталоги, журналы в пластиковой обертке, открытки.
В зал вернулся звук.
Ричер услышал, как Нигли сказала:
— Большое вам спасибо за помощь.
Ее каблуки застучали по плитке. Очередь, стоявшая за ней, зашевелилась, люди снова принялись оценивать свои шансы покончить с делами до того, как они состарятся и умрут. Ричер засунул руку в ящик и пододвинул его содержимое вперед. Собрал все в одну кучу, зажал ее между ладонями и выпрямился. Спрятал свою добычу под мышку, снова запер ящик, положил ключ в карман и направился к выходу, словно ничего особенного не произошло.
Нигли ждала его в «мустанге» в трех домах от почты. Ричер бросил все, что ему удалось добыть, на центральную консоль и сел в машину. Покопавшись в куче корреспонденции, он вытащил из нее четыре маленьких мягких конверта, адресованных Францу его собственным, знакомым Ричеру почерком.
— Слишком маленькие для дисков, — заметил он.
Глядя на марки, он разложил их по числам. На самом последнем конверте стоял штамп с датой того утра, когда Франц исчез.
— Отправлено накануне вечером.
Ричер открыл конверт и вытряхнул из него маленький серебристый предмет. Металлический, плоский, длиной в два дюйма и шириной в три четверти дюйма, тонкий, с пластиковой крышечкой. На нем было напечатано: «128 МБ».
— Что это такое? — спросил Ричер.
— Флешка, — ответила Нигли. — Новая версия дискеты. Никаких подвижных частей и в сто раз больше объем информации, который можно на ней хранить.
— Что мы будем с ней делать?
— Мы вставим ее в один из моих компьютеров и посмотрим, что на ней.
— И все?
— Если только там не стоит пароль. А он, скорее всего, стоит.
— Но разве нет какого-нибудь программного обеспечения, которое помогло бы нам решить эту задачу?
— Раньше было. Сейчас нет. Программы постоянно усовершенствуются, становятся лучше — или хуже, все зависит от того, как посмотреть.
— И что же мы станем делать?
— Пока едем, составим мысленный список. Возможные варианты для пароля. Старый, испытанный способ. Думаю, у нас будет три попытки, а потом файл сам себя уничтожит.
Она завела двигатель и отъехала от тротуара. Аккуратно развернулась и покатила на север, в сторону Ла-Сьенега.
Мужчина в темно-синем костюме провожал их взглядом, пригнувшись к рулю темно-синего «крайслера», припаркованного в сорока ярдах от почты, на стоянке, принадлежащей аптеке. Он открыл мобильный телефон и набрал номер своего босса.
— На этот раз они не стали заходить в офис Франца, — доложил он. — Они поговорили с хозяином дома. Потом довольно много времени провели на почте. Думаю, Франц посылал сам себе письма. Вот почему мы не смогли ничего найти. Скорее всего, это у них.
Глава 15
Нигли вставила флешку в отверстие на боку ноутбука, и Ричер стал смотреть на экран. Секунду ничего не происходило, затем появилась иконка — стилизованное изображение предмета, вставленного в компьютер. На нем было написано: «Без названия». Нигли провела пальцем по тачпаду и дважды легонько стукнула по нему. Иконка превратилась в требование пароля, занявшее весь экран.
— Проклятье, — пробормотала Нигли.
— Этого следовало ожидать, — сказал Ричер.
— Есть какие-нибудь идеи?
Во время службы в армии Ричер множество раз взламывал компьютерные пароли, применяя обычную методику: представить себе человека, поставившего пароль, и попытаться думать как он. Стать им. Параноики использовали сложные сочетания строчных и заглавных букв и цифр, ничего не значившие ни для кого, кроме них самих. Такие пароли взломать практически невозможно. Но Франц никогда не был параноиком. Он был спокойным человеком и относился к требованиям безопасности серьезно, но с определенной долей иронии. Кроме того, он предпочитал слова цифрам. Имел множество разных интересов и увлечений. Был верным и любящим. Обладал вкусами среднестатистического гражданина. И великолепной памятью.