Он потянулся к мечу, висевшему на поясе. Я увидела, как его пальцы сжались на рукояти. Металл скрипнул. Система замигала красным: [Уровень угрозы: Критический. Шанс смерти: 90%].
— Но... — вдруг произнес он, и рука замерла, он склонил голову набок, разглядывая меня. — Твоя ложь... она забавная. «Умру от любви». Это так нелепо, что даже оригинально. Все предсказывали мне предательство, войну, нож в спину. А ты предсказала мне сентиментальную смерть.
Он убрал руку с меча.
— Я оставлю тебя в живых. Просто чтобы посмотреть, как ты будешь извиваться, когда пройдут годы, а я всё еще буду жив, здоров и так же безжалостен. Я сделаю тебя живым памятником твоей собственной глупости.
Кайден наклонился к самому моему уху. Я почувствовала жар его тела и этот запах — горький шоколад, теперь смешанный с чем-то острым, похожим на черный перец.
— Ты останешься при дворе. Будешь моей «канарейкой». Пой мне песни о моей гибели от любви, когда мне будет скучно. Это будет меня развлекать.
Он выпрямился и вернулся к столу, мгновенно потеряв ко мне интерес.
— Убирайся. И скажи Паку, чтобы принес мне чай. И если он снова будет пахнуть миндалем, я заставлю выпить его тебя.
Я поднялась на ватные ноги. Поклон. Спиной к двери. Когда я вышла из библиотеки, меня трясло так, что зубы стучали. Свежий воздух ударил в лицо. Пруд был спокоен, карпы лениво плавали в зеленой воде.
Я прижалась спиной к деревянной стене библиотеки и сползла вниз, обхватив колени руками. Я выжила, купила себе время. Но какой ценой? Я снова вызвала интерфейс, вспоминая ту надпись.
[ПРОГРЕСС ВЛЮБЛЕННОСТИ: 1%]
Он смеялся. Он был уверен, что это невозможно. Но я видела правду. Мои слова, мой страх, моя дерзость — всё это уже начало работать против меня. Он оставил меня в живых не потому, что ему было «смешно». А потому что подсознательно он заинтересовался.
Если я хочу спасти его... я должна стать для него невыносимой. Скучной. Отвратительной. Я должна убить этот 1% прежде, чем он превратится в 100%. Потому что 100% — это его смерть.
Я посмотрела на свое отражение в воде пруда.
— Прости, Кайден, — прошептала я. — Но я сделаю всё, чтобы ты меня возненавидел.
Где-то вдалеке прокричала птица. В воздухе пахло дождем и мокрой землей. Приближалась буря.
[Системное оповещение: Сюжетная ветка «Стратегия Отчуждения» активирована.]
Глава 4
Я сидела перед бронзовым зеркалом, но смотрела не на свое лицо. Я смотрела на полупрозрачную цифру, которая висела в воздухе.
[ПРОГРЕСС ВЛЮБЛЕННОСТИ: 1%]
Один процент. Крошечная песчинка в часах его жизни, но я знала механику этого проклятого мира. «Любовь» в жанре ромфант — это вирус. Она начинается с интереса, перерастает в одержимость и заканчивается жертвенностью. Если Кайден — Король Ада, то его любовь — это адский огонь. И в этом огне сгорит он сам, чтобы согреть меня.
— Я не позволю, — прошептала я своему отражению. — Ты будешь жить, сволочь коронованная. Даже если мне придется стать самой ненавистной женщиной в Империи.
Передо мной лежал лист рисовой бумаги. Я макнула кисть в тушечницу, от которой пахло сосновой смолой и сажей, и начала писать план. Мой собственный план спасения, перевернутый с ног на голову. В любой другой книге героиня старалась бы понравиться Императору: быть умной, доброй, загадочной. Я же должна стать:
- Скучной.
- Меркантильной.
- Грубой (в меру, чтобы не казнили).
- Глупой.
Если он ищет загадку — я стану открытой книгой с плохим сюжетом. Если он ищет пророчицу — я стану шарлатанкой, которую волнует только золото.
Двери моих покоев сдвинулись. Вошла придворная дама Чхве. Её лицо было, как всегда, непроницаемым, но над головой висел статус: [Раздражение: Эта выскочка спит до обеда].
— Госпожа Сун-И, — сухо произнесла она. — Его Величество желает видеть вас в Павильоне Дождливого Тумана. Он изволит обедать и требует вашего присутствия.
— Обед? — я лениво потянулась, демонстративно зевнув так широко, как только позволяла челюсть. — А что на обед? Если опять та пресная каша, то передайте ему, что у меня живот болит.
Глаза дамы Чхве округлились, она замерла, не веря своим ушам.
— Вы... вы отказываете Императору из-за еды?
— Нет, ну почему отказываю? — я встала, шаркая ногами по полу, хотя на мне были мягкие туфли. — Просто предупреждаю. Я люблю мясо. Жирное, жареное. И побольше специй, а эта ваша дворцовая диета меня в тоску вгоняет.
Я увидела, как статус над её головой сменился на: [Презрение: Деревенщина. Как она вообще попала во дворец?]. Отлично. Первый пункт выполнен. Репутация неотесанной девки мне на руку.