*105 Отметим здесь, что современник Канта Новалис (немецкий философ романтической направленности) переформулировал основной вопрос Канта так: «Возможна ли магия?» (цитируем по книге [Габитова, 1978, с. 187]). И в возможности новой распаковки семантического континуума, — как это мы теперь понимаем, — действительно есть что-то магическое.
*106 Эта книга, которую автор задумал как свое главное теоретико-философское сочинение, не была им выполнена в том виде, в каком она теперь печатается. Труд состоит из 1067 отдельных высказываний, представляющих собой сводку всех оставленных автором материалов к этому сочинению. Русский перевод работы, помещенный в 9-м томе полного собрания сочинений, обрывается на 715-м высказывании. Первое немецкое издание книги появилось в 1901 г., оно было подготовлено сестрой автора — Е. Фёрстер-Ницше. Последующие издания несколько уточняли текст, поскольку записи, оставленные автором в записных книжках, не всегда легко прочитываются.
*107 На русском языке отчетливое изложение семантического критицизма Деррида можно найти в oбзоре И.Ильина [Ильин. 1983].
**108 Здесь имеется в виду «...«след» прошлого элемента, который ни разу не был реализован в настоящем» (с. 135)..
*109 Если столетиями ведется спор о подлинности писем, то подлинность VII письма не оспаривается.
**110 Буквально герменевтика — это искусство понимания и толкования древних текстов. Ее возникновение можно связать с античностью. Развитие ее шло параллельно с развитием христианской мысли — от патристики и схоластики к немецкому протестантизму. Лишь в начале XIX в. герменевтика приобретает философский характер, позднее смыкаясь (в лице Хайдеггера) с экзистенциализмом, и становится одним из ведущих направлений западной философской мысли.
*111 Ф. Шлейермахер (Schleiermacher, 1768—1834) —немецкий философ и богослов, впервые определивший герменевтику как общую теорию понимания.
*112 В Дильтей (Dillhey, 1833—1911) — немецкий философ, один из основателей философии жизни — направленной на понимание всего существующего как проявления интуитивно постигаемой жизни, не отождествляемой ни с духом, ни с материей. К этому направлению мысли примыкали Ницше, Бергсон; Шпенглер, из русских философов — Ф. Степун (1884—1965).
*113 Немецкое слово Dasein (здесь — бытие) стало одним из основных терминов философии Хайдеггера. Он сам дает ему такое определение: Термином Dasein мы называем ту сущность, которой является каждый из нас и которая включает в себя вопрошание как одну из возможностей ее Бытия (7).
**114 Недавно на русском языке появился полный перевод этой работы, сделанный с более позднего немецкого издания (см. сборник Проблема человека в западной философии, М.: Прогресс, 1988, 546 с.)
*115 Нередко мы сталкиваемся с представлениями о философии Хайдеггера как о самом сложном и темном учении (см., например, [Руткевич, 1985, с. 37]). И действительно, тексты Хайдеггера звучат часто парадоксально. В них — намек, сказанное — как бы недосказано, не доведено до концептуализации, и все это — несмотря на пространность этих текстов. Сам Хайдеггер неоднократно говорил о языковой невыразимости философской мысли. Не потому ли так и осталась ненаписанной вторая часть его основной работы Бытие и Время? Отсюда понятен и интерес Хайдеггера (во второй период его деятельности) к философии Дзэн.
*116 В нашей работе, готовившейся одновременно для русского и английского издания, перевод фрагментов из книги Гадамера дан по английскому изданию его книги. Недавно на русском языке появился перевод, сделанный непосредственно с немецкого [Гадамер, 1988].
*117 Выше мы уже много говорили о концепции целостности, развиваемой физиком Д. Бомом, — в связи с этим здесь уместно обратить внимание на статью Гриффина [Griffin, 1985], в которой дается сопоставление идеи Уайтхеда с концепцией Бома. На русском языке об Уайтхеде см. публикации: [Богомолов, 1963], [Френкел, 1959].
*118 У многих гностических авторов Бог остается «Неведомым», «Лишенным имени», «Скрытым», а мир — точнее, множество миров — оказывается связанным с демоническим началом вселенной [Jonas, 1958].
*119 Хочется здесь отметить, что впечатление о несоразмерно высоком многообразии теорий человека создается даже при весьма неполном освещении темы. Недавно вышла книга «Буржуазная философская антропология XX века» [1986]. Как мало у нас пересечений с этой книгой, которая, конечно, также остается неполной — в нее не включены ни философские высказывания о природе сознания западных нейрофизиологов, ни построения философски ориентированных мыслителей, объединенных трансперсональным направлением психологии. Но вряд ли была бы удобочитаемой монография, претендующая на всеохватывающую полноту. Может быть, назрело время для создания Энциклопедии человека? С каким интересом читается подборка высказываний о человеке, составленная Д. Хофстадтером и Д. Деннетом [Hofstadtep amp; Dennett, 1981]. Она раскрывает широкий (но опять-таки далеко не полный) спектр суждений, включающий высказывания и таких писателей, как Дж. Боргес и С. Лем, и научные спекуляции, относящиеся к пониманию личности, природы мозга, искусственного интеллекта. Весьма серьезной представляется также не освещенная нами книга Дж. Марголиса (Марголис, 1986], развивающая концепцию эмерджентистского материализма. Не успели мы осветить и только что вышедшую статью [Велихов, Зинченко, Лекторский, 1988], пытающуюся раскрыть перспективы комплексного изучения человека, опираясь на работы советских авторов: Л. С. Выготского, В. П. Зинченко, А. Н. Леонтьева, М. К. Мамардашвили, С. Л. Рубинштейна, Г. Г. Шпета
*120 Несколько подробнее этот вопрос мы уже рассматривали в книге [Nalimov, 1982, с. 12—13].
**121 Здесь мы в значительной степени опираемся на представление Дж. А. Уилера о том, что «геометрия на малых расстояниях флюктуирует в высокой степени». (Подробнее см. об этом в нашей книге [Nalimov, 1985, с. 86—87].)
*122 В приведенном им каталоге измененных состояний сознания, связанных с полной изоляцией, последним из перечисляемых является такой пункт: 8. Человек может стать ничем, нет больше его Я, нет внешнего мира, нет знания, нет памяти. Человек оказывается сведенным на нет, ничего не остается, в том числе собственного Я. Осведомленность и сознание исчезают (с. 175)
*123 О персонализме в словаре Леграна [Legrand, 1983] читаем: Персонализм. Это скорее не доктрина, а состояние духа. Основные положения сформулированы Эммануэлем Мунье /1905—1950/ перед второй мировой войной. Распространились они в 1945—50 гг. Это попытка переосмыслить христианство, отбросив всякий духовный дуализм в пользу конкретного опыта, который из индивидуальности легко переходит в моральные представления человека, особенно через коммуникацию с совестью (с. 201).
**124 Когда я пишу эти строки, с глубоким почтением вспоминаю своего школьного учителя литературы Федора Федоровича Берешкова — философа, профессионального знатока Достоевского. Это он в те замечательные (хотя и трагически контрастные) двадцатые годы отводил изучению Достоевского целых полгода (вопреки всем официальным программам). И это он тогда нам— мало что понимающим еще молодым людям — прочитал на уроке этот рассказ. А потом последовало мое первое философски ориентированное сочинение — оно было посвящено Достоевскому. Преподаватель посчитал это мое сочинение своим большим достижением и зачитывал его во всех параллельных классах школы — это тогда представлялось очень сильным поощрением, поддержавшим мою философскую устремленность.