— Тем?
— Помнишь твой подарок на новый год?
— Так она его приняла за настоящее слабительное? — расхохоталась вместе со мной Тоша.
Еще до ее отъезда в Америку, она в прикол подарила мне баночку с витаминами, на которой красовалась этикетка от слабительного. И вот сегодня этот подарок меня спас! Думать не хочу, что бы в ином случае насыпала мне эта зараза. Кстати, наверно стоит ей позвонить? Хотя нет, путь подумает над своим поведением, лучше потом сам к ней приеду.
— Похоже на то. Тош, а ты на пару дней, или все же одумалась?
— Я вернулась.
— Ден знает? — судя по ее лицу, не знает. Боже, ну что за балбеска?!
— Я замуж выхожу.
Дура! Ден, когда узнает, слетит с катушек! Вместо слов, просто обнял эту непутевую малявку.
— Лучше тебе не попадаться ему на глаза.
— Думаешь?
— Знаю, Тош, он все еще бесится. А когда ты уехала, к нему даже подойти страшно было.
— Давай напьемся?
— Эээ, чур в этот раз в адеквате остаешься ты!
На подобное заявление Тоша лишь фыркнула. А уже через два часа мы сидели в баре не в самом вменяемом состоянии. И если я еще прибывал в этом мире, то мелкая явно унеслась в далекие дали. Ну вот, опять придется мне контролировать доставку наших тел домой. Печально. Ох, твою мать! Я только что сетовал на невезение?! Кретин, всегда может быть хуже! Совершенно неожиданно по бару разлилась мелодия сальсы. В прицепи, вышедшие на сцену танцовщицы, красиво двигающиеся в такт мелодии, объяснили сей факт. И все бы ничего, вот только стоило моей ПЬЯНОЙ подруге услышать ритмы сальсы, румбы, ламбады и прочей подобной музыки, и она шла в отрыв. Чуда не произошло, и в этот раз Тоша все же решила не изменять себе. Радостно взвизгнув, она, шатаясь, поднялась из-за стола, тут же начиная ритмично двигать бедрами.
Тоник питала дикую страсть к юбкам в пол, над чем я неумолимо и неустанно прикалывался, называя ее цыганкой. За что получал взгляд оскорбленной невинности и ласковое прозвище «ошибка эволюци», вот и сегодня на ней красовалась подобная юбка, едва доходящая до колен спереди, и подметающая пол сзади. Подхватив ее, эта пьянь принялась делать ритмичные движения. Я просто поражаюсь, как это пьяное тело умудряется воспроизводить подобные движения, стоит заиграть музыке, и совершенно отказывается проявлять знаки жизни, когда мы расходимся по домам. Коварное тело! Которое, после подобных пьянок, случающихся крайне редко, но всегда феерично, мне приходится тащить на себе! Карма у меня такая, все девушки, которых я действительно впускаю в жизнь, и это я не про тех однодневок, что стройными рядами проплывали сначала до Тоши, а потом до Ники, а именно про тех, кого не могу отпустить по непонятным мне причинам, обязательно немного не в себе. Тоша вечно делает глупости, а Ника так вообще псих! Везет мне. Мои размышления прервал грохот. Ну конечно! Как же по-другому?! На полу валялся какой-то мужик, а на его горле красовалась ножка моей разъяренной подруги, читающей ему нотацию! Подскочив с места…ну ладно, еле поднявшись, направился в их сторону.
— Вы невос-востпитанный, ик, человек! Как пос-посмели помешать мне ик, танцевать?!
О да, Тоша когда пьяная, отличалась редкой культурностью. Ни одного мата!
— Тоник, успокойся!
— Тема, он помешал мне!
— Цыганка блин, сейчас всю песню пропустишь.
Ох зря я это сказал! Потом я с тобой разберусь, пьяный предатель! Это я мозгу, выдавшему такую бредовую фразу, а сейчас нужно спасать ситуацию. Бл*дь! Тоник уже направилась к сцене, яростно требуя повторить ей песню. Нельзя ей было напоминать про танец! Под неоспоримым аргументом, что она танцует лучше здешних куриц, и вообще, желание клиента-закон, администраторы сдались. Хотя, думаю, они просто не хотели скандала. Все просто, я в этом баре бываю, меня знают. Уважают. И видят, что эта танцовщица блин, под моим покровительством. Ужасный день! Хуже быть не может! Ох, нет, может! Забыл, с кем связался. Этой неугомонной девице показалось мало того, что музыку включили. Видимо решив, что сцена недостойна ее величества, она скинула туфли и забралась на стойку, а уже минуту спустя бескомпромиссно заявила, что без меня танцевать не станет.
— Тему в студию! — пьяным голосом провозгласила она.
— Да ни за что!
Ну что я могу сказать? Я просто охрененный танцор! Как иначе объяснить, что мы танцуем уже третью песню подряд? На стойке. Окруженные толпой. На мне нет рубашки. А в джинсах услужливо засунуты купюры?! Если случиться апокапсис и мой бизнес полетит, голодать не придется, с моими-то талантами. Оглянувшись, понял, что Тоши, заварившей эти пьяные танцы, уже нет на стойке. Ну гадость! Ох ты ё мое, зачем это она рядом с барменом кружит?!