— И зачем ты тогда притащила меня сюда? — поражаясь женской логике, возмутился я.
— А кто тебя знает, что ты успеешь себе надумать, если меня рядом не будет, — хмыкнула девушка, натягивая очередное платье. — Вдруг ты передумаешь меня брать с собой.
— Не верю, что подобная мелочь может тебя остановить, — рассмеялся я, оглядывая вышедшую Тошу.
На ее загорелом теле платье нежно жемчужного оттенка сидело великолепно. Кружевная ткань плотно облегала грудь и талию, которая была охвачена широким поясом, плотного материала и темнее верха платья. От пояса оно спускалось свободными волнами, сантиментов на десять-пятнадцать ниже попы, и выглядело на Тоше умопомрачительно.
— Это.
— Думаешь?
— Уверен. Ты у меня красавица.
— Воот, — расхохоталась Тоня, разглядывая себя в зеркало, — а ты спрашивал, зачем с собой взяла. Кто б мне иначе комплименты делал?
Я лишь головой покачал на ее шутки и, дождавшись, пока она сняла платье, забрал его и отправился оплачивать.
— Вообще-то я могла и сама его оплатить, — уже на выходе улыбнулась подруга.
— Считай это подарком на…эээ, на какой-нибудь праздник, сама придумай.
— День Антонины?
— Можно, — кивнул, радуясь, что мы, наконец, можем покинуть торговый центр.
В клуб мы приехали к часу ночи, так как Тоша серьезно подошла к своему имиджу и, заявив, что она впервые с возвращения в Россию идет в клуб, и должна поддерживать свой авторитет, пару часов крутилась около зеркала.
— Не плохо, — хмыкнула Тоня, стоило нам войти, и тут же направилась к приватизированным столикам, где уже собралось масса знакомых.
Пока она весело со всеми здоровалась и заверяла, что пока что никуда улетать не планирует, я направился к бару. На глаза то и дело попадались влюбленные парочки, что неизменно напоминало о Нике. Я точно долго не протяну и сорвусь, позвоню. Нужно что-то делать.
— Виски, пожалуйста, — кивнул бармену, оглядываясь.
Не успел я и пару глотков сделать, как ко мне присоединилась Тоня и дождавшись, пока выпью свой напиток, потащила в центр зала, танцевать.
Она заражала своим энтузиазмом, весело покачивая бедрами и посылая мне соблазнительные взгляды. Усмехнувшись, я подстроился под ее ритм, развернув спиной, прижал к себе. Она, задорно улыбнувшись, подняла руки, и стекла по моему телу вниз, затем поднялась, поворачиваясь ко мне лицом, и приблизилась к уху, прошептав:
— Не думай о ней сейчас.
Хмыкнув в ответ на ее проницательность, постарался выкинуть Нику из головы, и снова подстроился под Тошин ритм. Танец дышал страстью, мы выпускали эмоции, каждый свои. А когда заиграл испанский мотив, Тоша вообще взвизгнула от радости и, оттолкнув меня, спиной вперед сделала пару шагов, не спуская с меня горящих удовольствием глаз. Покачиваясь, подняла руки и, закрыв глаза, откинула голову назад, делая волны телом. А мне же пришлось отогнать осмелевшего наблюдателя, решившего подстроиться к ней. Одарив того предупреждающим взглядом, вплотную приблизился к подруге, обнимая за талию, и задавая новый темп.
«Жаль что это не Ника», — пронеслась мысль, которую я тут же постарался заглушить.
Будь на месте Тоши Ника, и наш танец не был бы просто танцем. С Тоней я не позволял себе ничего лишнего, а вот с Никой…явно бы не упустил момента.
Мы увлеклись, не обращая ни на кого внимания, и поэтому не видели, с какой злостью, отчаянием и решительностью на нас смотрит один из гостей. Он не спускал с Тоши взгляда, буквально поедая ее глазами.
Устав танцевать, знаком показал, что ушел к бару, где провел двадцать минут, болтая со знакомым парнем, а когда обернулся Тоши уже и след простыл.
— Этого мне не хватало, — оглядывая зал, встал со стула.
Тоню я нашел и удивленно замер на месте, гадая, как лучше поступить. Она стояла прижатая к стене, по обе стороны от нее были расставлены руки Дена, который что-то довольно импульсивно ей говорил. Тоня постаралась его оттолкнуть, а во взгляде плескался океан эмоций.
Значит, Ден — прошлое? Ну-ну. На прошлое так не смотрят.
Зажав ее лицо в руку, грубо поцеловал, прижимая еще сильнее к стене. Сначала Тоня яростно отбивалась, старалась оттянуть его от себя, а затем резко оттаяла, прижавшись к нему, гладя рукой по щеке. Отстранившись всего на секунду, Денис глянул ей в глаза и, что-то сказав, снова поцеловал, только теперь мягче, нежнее, вжимая в себя с такой силой, словно хотел слиться и больше никогда не отпускать.
Нет, не стану вмешиваться.