Я жив?
Сквозь пульсирующую боль пробиваются крики.
— Скорую! Вызывайте скорую!
— Здесь есть врач?
Голоса сливаются в один сплошной гул. Кто-то трогает меня за плечо. Приоткрываю глаза, но взгляд не фокусируется. Вижу перед собой мутное расплывчатое пятно.
— Данил!
Голос. Ее голос.
Ну нах. Опять она мерещится?
— Ты, блядь, издеваешься? — сиплю, язык еле ворочается.
Приподнимаю голову, картинка постепенно проясняется.
Передо мной Яна, блядь, Велесова.
Лицо белое, губы плотно сжаты. Колени в грязи, ладони в крови.
— Тихо, не шевелись, — снимает шарф, быстро сворачивает его и прижимает к ране. — Здесь глубокий порез, сильное кровотечение.
— Велесова… какого хера ты тут забыла... недоделанная, а?.. — язык еле ворочается. — Хватит уже, и так целыми днями у меня перед глазами... стоишь…
— Заткнись! — сверкает глазищами.
Зажимает шарфом сильнее, давит на рану.
— Ты совсем тупой? — шипит зло. — У тебя кровь хлещет, а ты тут в позу становишься.
— Не тупой, — цежу сквозь зубы.
— Подержи пока, — она берет мою руку и подносит к ране с шарфом. — Прижимай, только крепко!
Давлю. Зубы стиснуты так, что скулы болят.
Янка торопливо отцепляет от сумки ремень, быстро наматывает чуть выше раны и затягивает со всей силы. У меня даже глазах темнеет.
Черт, больно.
— Дыши ровно!
— Э, не так сильно… — выдыхаю. Голова мутнеет.
— Помолчи! — Она смотрит на меня, потом снова на рану. — Я лучше знаю, как надо.
Подчиняюсь. Моргаю, глядя на нее. Лицо сосредоточенное, точные движения, ни капли паники.
— Ты где так научилась? — спрашиваю хрипло.
— Хотела поступать в медицинский.
— Не поступила?
— Мать не пустила. Сказала, это не для меня.
Она проверяет пульс, взгляд цепкий, холодный. Потом оборачивается к толпе, окружившую машину.
— Воды! Кто-нибудь, принесите воды!
Сквозь толпу протискивается Макс.
— Данил, братан, живой?
— Живой, — кривлюсь типа улыбаюсь.
— Поехали.
— Ему надо в больницу, — говорит Яна. Макс только сейчас ее замечает, у него реально отвисает челюсть.
Он собирается что-то сказать, но тут кто-то сует Яне бутылку с водой. Она отпихивает Макса, достает из сумки упаковку влажных салфеток. Сначала смывает кровь с ладоней, затем осторожно начинает вытирать мне лицо.
— Спасибо, — выдыхаю.
— Не за что. Просто не вырубись, ладно? — она откидывает волосы с лица, переводит дух. — Я сейчас вызову скорую.
— Я не поеду в больницу.
— Данил! У тебя сильное кровотечение!
— Сажайте его в тачку! — командует Макс, не глядя на Янку. — Быстро!
Меня осторожно усаживают в салон его гелика, Макс хлопает дверью.
— Все, погнали.
Оборачиваюсь и вижу Яну. Она стоит на месте, обняв себя за плечи, и смотрит вслед гелику.
Глава 5-1
Яна
С тех гонок прошло уже несколько дней.
Я тогда вернулась в общагу как в тумане. Только помню как бросила куртку, кое-как умылась, рухнула на кровать и сразу вырубилась.
Не было сил даже на то, чтобы переодеться. Глаза слипались, мысли путались в хаотичный ком.
Утром Марина долго не могла меня разбудить. С полчаса трясла за плечо и причитала:
— Яна, вставай! Ну, Ян! Янка! Ты что, заболела?
Я даже ответить не могла, настолько чувствовала себя разбитой. Как будто меня разобрали на запчасти, а обратно собрать забыли.
Голова гудела, тело казалось налившимся свинцом. До университета доплелась на автопилоте, на парах вообще не соображала, что происходит.
Север тогда в универ не пришел.
Не появился ни в этот день, ни на следующий. И через день тоже.