Но она уже уходит. Не оборачивается.
Я иду к своим, расплачиваюсь за коктейль. Забираю из гардероба Янкино пальто. Моя куртка лежит на заднем сиденье в Панамере.
Подхожу к машине, она сидит внутри. Сидит и ждет меня в моей Панамере. И мне хочется улыбаться.
Сажусь за руль, завожу двигатель. Янка молчит. И я молчу. Мы просто едем.
За окнами мелькает город — уже поздно, людей почти нет.
Машина тормозит на светофоре.
— Данил, куда мы едем? — спрашивает тихо Янка.
Поворачиваю голову. Как же кайфово, что она сидит рядом. Улыбаюсь.
— Покатаемся?
Глава 11-1
Сказал и не дышу. Вдохнуть боюсь.
Если сейчас скажет «вези в общагу», пиздец. Потому что не хочу, мне кайфово, что именно она рядом со мной в моей машине сидит. А не...
Блядь, надо было хоть сиденье после них протереть перед тем, как Велесову на него сажать.
Яна закусывает губу. Колеблется. Но я чувствую, что ей хочется. Хочется согласиться.
— Только недолго, ладно? — говорит наконец. — А то меня в общагу не пустят.
— Во сколько надо в общаге быть? — поворачиваю голову, смотрю на нее.
А сам внутри уже на старте.
— До двенадцати. Дальше комендантский час.
— Ну ок, — говорю, успеем, — и сворачиваю на набережную.
Мы катим вдвоем по ночному городу.
Втроем — я, Янка и Панамера.
Светофоры лениво мигают, улицы пустынные. Я бы так до утра катался. И улыбался. Как дебил. Но это я, а как она? Может, ей скучно так кататься?
Блять, но если спросить, буду как дурак. Никогда еще не чувствовал себя так... не айс. Только лучше сдохну, чем ей это покажу.
— А давай в кино? — кидаю небрежно, когда в очередной раз загорается красный.
Яна моргает.
— В кино?
— Ага. Еще не поздно, детское время. Мы походу в «Лавину» успеваем, — просматриваю в телефоне афишу.
Яна нерешительно смотрит на свои колени. Потом снова на меня.
— Не знаю... А я в общагу успею?
— Конечно успеешь, — хмыкаю. — Сеанс заканчивается в половине двенадцатого.
Через пятнадцать минут заезжаем на парковку молла, поднимаемся на верхний ярус. Еще через пять спускаемся к кинотеатру на лифте.
— Подожди здесь, я возьму билеты, — говорю.
Иду к кассе, беру билеты. Кассир спрашивает:
— Вам какие места?
Задумываюсь на секунду. Когда я был первокурсником, тащил девчонку или в вип-зал, или на крайний ряд. Там мы с ней лизались, яростно надрачивали друг другу, я по максимуму старался развести ее на минет. Иногда начинали с заставки и заканчивали титрами.
С Янкой мне такое и в голову не приходит. Особенно после того, как меня прошибло сегодня после ее прикосновения.
Что это блядь было вообще? Мне надо еще разобраться.
— Нам повыше и по центру, пожалуйста.
Да, прямо перед экраном. Чтобы она смотрела на экран, а я мог подумать.
— Вот возьмите. И поспешите, сеанс уже начался.
Начался? Вроде бы начало через десять минут. Но я не спорю, беру билеты, подхватываю Янку и иду в зал.
Он заполнен на треть. И да, фильм уже идет. Я не помню, на какой фильм брал билеты, но у Яны вспыхивают глаза. Она оборачивается ко мне.
Хочет что-то сказать, только здесь слишком громко. Притормаживаю, наклоняюсь к ней. На автомате придерживаю за руку.
И меня сука снова выносит. Как кипятком ошпаривает.
А главное, с Янкой то же самое походу. Она руку выдернуть хочет, но я не даю. Веду к нужному ряду и только там отпускаю. Ненадолго. Чтобы самому дыхание перевести.
Янка вперед проскальзывает, первой садится на свое место.
Бросаю куртку на спинку кресла, падаю рядом.
На экран даже не смотрю, откидываюсь на спину, поворачиваю голову. На Яну смотрю.
Что в ней? Вот что в ней такого? Объективно, она не изменилась, не стала вдруг охуенной красавицей. Но сейчас она реально мне такой кажется.
Получается, она ею была, а я просто тупая скотина, и этого не видел? Потому что Макс с Киром от нее не ссались и не называли ее крутой девчонкой?