— Я ничего не думаю, — говорю ровно, чтобы ее не послать.
— Нет, ты думаешь, ты для него особенная? — допытывается она. — Он все равно тебя бросит.
Я отгораживаюсь от нее шторой.
Данил садится за руль, мигает фарами. Я обе ладони к губам прижимаю.
Марина ходит за спиной по комнате. «Бу-бу-бу, бу-бу-бу». Как фон.
Я ее и не слушаю. Надоела ужасно.
Зачем я вернулась? Почему я такая трусиха? Надо было поехать к Данилу.
Я же хочу его тоже. И я бы не пожалела. Если с ним даже целоваться так... так сладко, то как все остальное?
...Его рука надавливает на бедро, прощупывает, скользит под юбку...
Вздрагиваю, пальцы немеют. Внизу живота разливается тепло.
Переминаюсь с ноги на ногу. Свожу их вплотную, сжимая внутренние мышцы.
Вцепляюсь в подоконник.
Я его остановила, но мне не хотелось, чтобы он останавливался.
Втягиваю носом запах на запястье — пахнет Севером. Вдруг телефон разражается вибрацией, на экране всплывает сообщение в мессенджере.
Открываю.
СЕВЕРОВ
Я хочу тебя
Прямо сейчас
Только не бойся
Поцеловать хочу
Снова. И снова
До утра...
Сжимаю губы, чтобы не застонать.
Марина уходит в ванную, а я остаюсь стоять за шторой возле окна. Несколько раз стираю и заново набираю сообщение. Пока не приходит.
Мне уже начинать бояться?
Быстро набираю и отправляю ответ:
Не хочу идти в душ и смывать с себя тебя.
Он прочитывает мгновенно. Начинает печатать...
Это меня на тебе еще не было.
И я снова вцепляюсь в подоконник...
***
Утром кажется, что это все мне приснилось. Что никакие Панамеры не мигали под окнами, и никто мне не писал такие сообщения.
Сажусь в кровати. Щеки горят и пекут.
Господи, я вчера сама его поцеловала.
Я реально сидела у него на коленях в машине и целовалась. С языком.
Ерзала, терлась об него. Прямо как взрослая.
И теперь у меня откат.
Стыдно так, что хочется сквозь землю провалиться. А вдруг он утром проснется и пожалеет о вчерашнем? Или еще хуже.
Вдруг ему сегодня будет все равно?..
Иду в ванную, умываюсь ледяной водой. Хочется лицо под воду сунуть и так постоять несколько минут. Может хоть так охладится.
Старательно привожу в порядок волосы. Долго выбираю, что надеть, хотя обычно хватаю первое попавшееся. Смотрю на себя в зеркало.
Мне хочется быть красивой. Даже если он пожалел.
Наношу на губы бальзам. Они до сих пор припухшие, и мне стыдно. И немного страшно.
— Ты чего так рано? — удивленно спрашивает Марина, видя, что я уже застегиваю ботинки.
— Хочу воздухом подышать, — бормочу под нос и выскакиваю из комнаты.
Я специально из общаги раньше выхожу. Чтобы не столкнуться с Данилом, когда он будет стоять со своими друзьями у машины. И чтобы не видеть, как он со всеми говорит и делает вид, будто мы незнакомы.
В аудиторию тоже прихожу первой.
Сажусь на свое место, достаю тетрадь. Подпирая голову, пишу что-то на полях. Просто чтобы придать себя занятый вид, ничего такого.
Постепенно подтягиваются остальные одногруппники.
До начала пары остается пять минут, когда дверь распахивается.
Поднимаю голову и замираю.
Данил идет по проходу прямо на меня. И смотрит только на меня. Держит в руках бумажный стаканчик из «нашей» кофейни.
Идет по аудитории, как будто здесь кроме нас никого. Подходит, ставит кофе передо мной на парту. Продолжает смотреть в упор.
— Привет, — говорит хрипло. Наклоняется ниже.
И целует. На глазах у всех. Прямо в губы.
Коротко, но крепко. Жарко. По-настоящему.
На губах вспыхивает жар, щеки снова пекут.