Яна отстраняется, смотрит распахнутыми глазами.
— Ты... ты что? Из-за меня с ним поругался?
Я молчу, потом выдыхаю:
— Не из-за тебя, Ян. Из-за нас. Я не хочу, чтобы он вмешивался в наши отношения.
— Прости… — Она опускает глаза. — Если бы я знала, я ни за что не пошла бы с ним на встречу.
— Тебе не за что извиняться. Это он должен извиниться. — Обнимаю ее крепче. — Не думай, что ты виновата. И не смей себя винить.
Янка обвивает мою шею.
— Данечка, я ужин приготовила. Будешь?
И у меня по нутру тепло растекается.
— Буду.
Глава 24-1
Яна
Как только за Данилом закрывается дверь, в доме устанавливается тишина. Кажется, от нее барабанные перепонки в ушах лопнут. Стою посреди прихожей, даже не разуваясь.
Но не стоять же так до вечера, стягиваю куртку, вешаю на вешалку и прохожу в квартиру.
Мне здесь неуютно. Не потому что в квартире все чужое, наоборот. Слишком знакомое. Слишком много в этом пространстве Данила. Его запах, его вещи, ощущение его присутствия.
Но оттого, что его нет, самой находится в его доме непривычно.
Решаю, что надо чем-то заняться. Не сидеть на месте и не ждать, иначе сойду с ума.
Иду на кухню — она у Данила не такая, как у моих родителей. На такой кухне можно жить. Здесь она совмещена с гостиной, с панорамных окон открывается красивый вид на освещенный город.
Открываю холодильник — нахожу куриное филе, яйца, овощи. Значит, будет ужин.
Сначала все идет наперекосяк. То я не могу найти соль. То нож выскальзывает из рук, и я режу палец.
Но я не сдаюсь. Вытаскиваю продукты на стол. Привычными движениями мою, режу, выкладываю в форму. Ставлю в духовку запекаться.
Я не повар, не умею готовить изысканные блюда. Просто стараюсь для Дани. Знаю, он придет голодный, уставший. И мне хочется, чтобы он зашел и сразу понял, что здесь можно отдохнуть и расслабиться.
Уже через полчаса кухня наполняется ароматными запахами.
Накрываю на стол, нахожу тарелки, салфетки, приборы. Затем сажусь на диван и жду с телефоном в руке. Смотрю на экран, будто он может сказать, где Данил и что с ним.
Когда открывается дверь, сердце подпрыгивает. Бросаю все и бегу. Данил входит в квартиру с каменным лицом. Весь напряженный, взвинченный.
— Даня… — подлетаю, обнимаю его за шею. Он реагирует сразу, прижимает к себе, вдыхает мой запах. — Я так волновалась…
— Все нормально, — глухо говорит он. — Почти.
Данил поругался с отцом. Из-за меня. Это ужасно.
Что бы он ни говорил, я вижу, как ему тяжело. Потому что это его отец.
— Я… я ужин приготовила. Будешь? — бормочу, зарываясь носом ему в грудь.
***
Мы садимся за стол.
Данил ест молча, только иногда кидает в мою сторону теплый взгляд.
Я тоже молчу. Не хочется разговаривать. Хочется просто быть рядом.
Я наливаю ему чай, сажусь напротив, наблюдаю, как он ест.
После ужина Данил встает, берет меня за руку, тянет из-за стола.
— Спасибо, Янка, было очень вкусно. Не знал, что ты так охуительно готовишь.
— Это самое простое, — бормочу, — у тебя совсем нет продуктов.
— Все равно охуительно, — он меня целует.
— Дань, надо убрать со стола и помыть посуду...
— У меня есть посудомойка. Не надо ничего мыть. Давай вместе уберем, а потом я хочу, чтобы ты все время была со мной. Я помню, помню, что они еще не прошли, — добавляет, целуя в висок.
Данил показывает, где у него лежат таблетки для посудомоечной машины. Мы убираем посуду со стола, по очереди идем в душ.
Когда мы ложимся, Данил притягивает меня к себе. Сначала просто обнимает. Потом засовывает руку под футболку, кладет ладонь мне на поясницу. Зарывается лицом в мои волосы.