ЖИЗНЬ В КОНЦЛАГЕРЕ ОСВЕНЦИМЕ.
Те, кого отправили направо во время отбора на рампе, прошли через унизительные процедуры превращения в лагерных заключенных. У них отобрали всю одежду и все личные вещи, их обрили наголо. Им выдали полосатую тюремную одежду и пару ботинок, которые часто были не по размеру. Затем каждого зарегистрировали, на руке вытатуировали номер и перевели в один из лагерей Освенцима для работы. Вновь прибывшие были брошены в жестокую, несправедливую, чудовищную лагерную жизнь. В течение первой недели в Освенциме большинство узнавало, какая участь постигла их близких, тех, кого отправили налево. Некоторые так и не оправились от этой новости. В казармах заключенные спали на деревянных койках по четверо. Туалетом служило ведро, которое обычно переполнялось к утру. Утром все заключенные строились перед казармой для переклички. Стояние на улице часами во время переклички, в жару и холод, само по себе было пыткой. После переклички заключенные шли к месту, где они должны были работать в течение дня. В то время как одни заключенные работали на заводах, другие работали снаружи. После многочасовой тяжелой работы заключенные возвращались в лагерь для очередной переклички. Еда была скудной и обычно состояла из миски супа и хлеба. Голодом и крайне тяжелым трудом намеренно доводили заключенных до смерти."
- Канада... Канада... Бабушка что-то говорила про Канаду. Она работала, вроде там, - задумчиво проборматала Соня, отпивая остывший кофе. Она вбила в поисковике" Канада в Освенциме" и среди множество открывшихся статей, на глаза попалась статья из Электронной еврейской энциклопедии:
"Тщательно продуманным и неукоснительно соблюдавшимся был и ход уничтожения: у высаживавшихся из вагонов евреев тут же отбирали и направляли на вещевые склады («Канада» - на лагерном жаргоне) багаж; после разделения мужчин и женщин каждый узник проходил мимо врача СС (см. СС и СД), который визуально определял работоспособных (в среднем 10%); их регистрировали и давали лагерные номера (всего таких узников было 405 тыс., из которых выжили 65 тыс., а из 16 тыс. советских военнопленных - лишь 96 человек), остальных, то есть слабых, больных, пожилых и детей, без регистрации загоняли вначале в бараки, где они оставляли всю верхнюю и нижнюю одежду, а затем в газовые камеры, замаскированные под душевые. Так как истинное назначение Освенцима хранилось в глубокой тайне (даже по официальной переписке администрации лагеря из-за применявшихся условных обозначений и кодов трудно было судить о происходившем), в большинстве случаев обреченные до последней минуты не подозревали о своей участи. До 1943 г. немедленному уничтожению по прибытии подлежали все беременные женщины (в случае рождения ребенка его и мать умерщвляли уколом фенола в сердце). Ничем не отличалась от еврейской судьба двадцати тысяч цыган и многих тысяч советских военнопленных. Предметом профессиональной гордости администрации Освенцима было превращение лагеря в прибыльное предприятие - помимо использования багажа и личных вещей, утилизации подлежали и останки жертв: зубные коронки из драгоценных металлов, женские волосы, использовавшиеся для набивки матрасов и производства бортовки, кости, перемалывавшиеся в костяную муку, из которой на германских химических предприятиях изготовляли суперфосфат, и многое другое. Особенно большую прибыль давала превращенная в средство медленного убийства эксплуатация рабского труда узников из так называемых подсобных лагерей Освенцима (при Освенциме III их было создано 45, главным образом в Силезии). Помимо самого лагеря, доходы получала государственная казна Третьего рейха, куда из этого источника в 1943 г. ежемесячно поступало свыше двух миллионов марок, и особенно - крупнейшие германские фирмы («И. Г. Фарбениндустри», Крупп, Сименс-Шуккерт и многие другие), которым эксплуатация узников Освенцима обходилась в несколько раз дешевле труда вольнонаемных рабочих. Ощутимую выгоду от лагеря получало и арийское население Третьего рейха, среди которого распределялись одежда, обувь и другие личные вещи (в том числе детские игрушки) жертв Освенцима, а также «германская наука» (в Освенциме были построены специальные больницы, лаборатории и другие учреждения, где в распоряжение немецких профессоров и докторов, ставивших чудовищные «медицинские эксперименты», поступал неограниченный человеческий материал."