А на самом деле, когда я была эксцентричным десятилетним ребенком, они презирали меня. После того как за одно лето я расцвела, и мальчишки начали сходить по мне с ума, они возненавидели меня. Также оказалось, что мои так называемые эксцентричные друзья стали меня воспринимать как предательницу. Но когда я стала богата, все они внезапно превратились в давно потерянных друзей.
Она пожала плечами, вытирая слезы рукавом толстовки.
- Поэтому я ото всех сбежала. Со мной остались только Марго, Шарлотта и Джема. Я взяла девичью фамилию матери... Я наняла людей, чтобы они научили меня, как правильно двигаться, говорить, есть... - всему. Поэтому я смогла так отлично вписаться в высшее общество и большой бизнес. Я всего лишь хотела найти хорошее применение деньгам, чтобы меня оставили в покое, и, может быть... только, может быть, встретить кого-нибудь и полюбить.
Кэролин потянулась к Аннели, взяла ее подрагивающую руку и поднесла к своим губам. Не отрывая глаз от своей любимой, она поцеловала ладонь и потерлась о нее щекой.
- Ты и нашла того, кого полюбила, и того, кто любит тебя в ответ. Я знаю, что тебе важно, чтобы никто не совал нос в твою личную жизнь, и могу себе представить, как это тебя ранит. Тот факт, что такое вытворяет твой отец, это... ужасно. Но, послушай меня, милая. Я знаю, как это работает. Пресса чует сенсацию, и они далеко не дураки. Они видят тут лакомый сюжет. Ты красивая, богатая женщина, о которой они очень мало знают. Я имею в виду, что ты отлично заметаешь следы. Семейные дрязги вываливаются на публику, и они тут как тут. Правда в том, что пройдет день-два, и они потеряют интерес, что и свойственно всем СМИ.
- Но это отразится не только на мне, Кэролин, - сказала Аннели, и ее глаза заблестели. - Он посеял сомнения в моих намерениях в благотворительной работе. Не важно, какую гадость он выльет на меня лично. Но это может нанести серьезный ущерб нашим проектам.
Кэролин знала, что Аннели была права.
- Я понимаю это. Но тебе нужно преодолеть обиду. Начать думать о том, как уменьшить ущерб. Тогда ты почувствуешь, что владеешь ситуацией, а не превращаешься в жертву. Марго поможет, и все мы, в том числе.
Аннели прищурила глаза.
- Ты была в подобной ситуации, не так ли?
Кэролин пожала плечами.
- Несколько раз. Я знаменитость, поэтому пресса обходится со мной как с общественной собственностью. Они вторгаются в мою личную жизнь, когда им вздумается. Для таких, как мы, Аннели, правила такие.
Аннели показала на себя, ее рука дрожала.
- Я чувствую себя... голой. Я ненавижу не контролировать события, не принимать решения. Полагаю, я помешана на контроле, - она печально улыбнулась.
- Из-за того, что ты не желаешь, чтобы твоя частная жизнь обсуждалась по ТВ? Едва ли. Послушай, когда я только начинала, я установила для себя правила. Я никогда не позволяла им приблизиться к моему дому или детям, но я просто игнорировала так называемые личные скандалы. Я научила Джона и Бэт не обращать внимания на любую новость обо мне, которая появлялась в прессе. Знаешь… поскольку мы трое можем отличить ложь от правды.
- Я не привыкла к такому пристальному изучению моей личной жизни. Мне следовало бы знать, с чем я могу столкнуться, - сказала Аннели.
- Ну, тебе не придется сражаться с этим в одиночку. Когда я впервые встретила тебя, ты казалась очень сдержанной, отстраненной и даже устрашающей. Но я была полна решимости с тобой познакомиться. Поначалу, конечно, во мне преобладало желание получить роль Мэддокс.
Глаза Аннели расширились.
- А потом?
- Вскоре это перешло в нечто другое. В Орландо, на конвенции все переросло во что-то, о чем я даже не могла и помыслить. Ты ходячее противоречие, Аннели. Такая закрытая и замкнутая, и все же ты окружена преданными друзьями и коллегами. Ты притягиваешь к себе прекрасных людей, которые сделают для тебя все, что угодно, потому что они знают, что ты сделала бы то же самое и для них.
Аннели слегка покраснела.
- Они быстро стали и твоими друзьями тоже.
- Они приняли меня и попытались познакомиться со мной поближе только ради тебя. Я должна сделать их моими друзьями, что со временем, надеюсь, мне удастся. Во всяком случае, для такой затворницы, у тебя насыщенная личная жизнь.
Секунду Аннели молчала, размышляя над словами Кэролин.
- Так ты говоришь, что я не такая замкнутая или сдержанная, как полагаю?
Обхватив ладонями подбородок Аннели, Кэролин наклонилась для быстрого поцелуя.
- Больше нет. Ты была такой, и у тебя были на то причины, но как только ты стала успешной в бизнесе и получила юридическое образование, твоя уверенность в себе возросла. И ты узнала, кто твои настоящие друзья. Разве ты не видишь? Просто дав мне шанс, отступившись от большинства своих принципов, все это указывает на одно. Ты изменилась.
Прильнув к Кэролин, Аннели крепко ее обняла.
- Как тебе удается видеть все так четко? Как?
- Не знаю. Я люблю тебя. Я люблю наблюдать за тобой, когда ты об этом не догадываешься, наблюдать, как изменяется твое выражение лица, слушать твой голос, когда ты с кем-то разговариваешь. Ты самая красивая женщина, которую я когда-либо видела. Ты двигаешься с такой грацией и изяществом и... ну, ты, конечно, горячая штучка, - Кэролин скорее почувствовала, чем услышала, как Аннели коротко рассмеялась. - Не могу оторвать от тебя свой взгляд. А уж руки тем более.
- Знаешь, то же самое мне про тебя сказала Джема тем самым вечером за ужином у меня дома. Ты постоянно смотрела на меня. Даже тогда?
- Даже тогда, - Кэролин скользнула спиной назад, растянувшись на диване, и потянула Аннели к себе. - Почему бы нам не отдохнуть, пока не появится Марго? Она умная женщина, и она тебя любит.
- Хорошо, - Аннели легла рядом и закинула руку и ногу на Кэролин, словно ей было необходимо обнять ее как можно больше. - Я так рада, что ты здесь. Когда тебе надо вернуться на студию?
- Только завтра утром.
Аннели вздохнула и расслабилась в объятиях своей любимой.
- Хорошо.
Кэролин закрыла глаза. Ее окружал мягкий лимонный запах Аннели, который напомнил ей о Флориде и о том времени, когда ничто не могло помешать ей заняться с ней любовью.
Аннели вдохнула мускусный запах Кэролин, вспомнив, как она впервые осознала мягкий аромат этих духов, когда Кэролин хотела ее поцеловать на том званом обеде у нее дома несколько недель назад. Казалось, что это было так давно; с тех пор столько всего произошло. Сердце все еще болезненно сжималось, как будто пыталось вырваться из груди, и каждый вздох давался с трудом. То, что выкинул ее отец, пронзило тело болью. И она это ненавидела.
Кэролин успокоила ее, помогла пережить первую панику и прийти в себя. Аннели была рада, что именно ее любимая принесла ей горькие вести. Было ужасно чувствовать, что твой мир рушиться на глазах, но потерять самообладание перед Кэролин оказалось не таким уж кошмаром. Осознав значение этой мысли, Аннели повернула голову и поцеловала мягкую щеку Кэролин.
- Это за что? - сонно спросила Кэролин.
- За то, что ты рядом.
Улыбаясь, с закрытыми глазами, Кэролин повернула голову и прижалась губами к губам Аннели.
- Да, я рядом. И я никуда не уйду.
Звук гортанного голоса Кэролин ободрял. Он обернулся вокруг сердца Аннели как броня, и за какую-то секунду она инстинктивно поняла, что пока Кэролин ее любит, ничто не пробьет эту броню. Дверной звонок заставил Аннели подпрыгнуть. Она выпрямилась так быстро, что чуть не сбросила Кэролин на пол.
- Это, наверное, Марго.
- Как долго я спала? - спросила Кэролин, схватившись за Аннели, чтобы не упасть с дивана. - Эй, полегче, она может чуть-чуть подождать.