Кэмбел слегка пригладил выбившуюся прядь волнистых волос и отбросил назад свой плащ, единственный, помимо поясного ремня, чёрный элемент своего сегодняшнего гардероба. Сам же он был во всем белом, впрочем, как и Эдмунд.
Парень присел на одно колено, наблюдая за замирающей в предвкушении, едва ли не плачущей от счастья Сьюзен.
-Сегодня торжество Питера и Кэрол, но именно сегодня я решился попросить твою любовь у облаков навечно. — Кэмбел набрался смелости, а потом все же задал главный вопрос — Сьюзен, ты готова стать моей женой?
-Д-да… Да! Да! Да! ДА! — Великодушная королева позволила надеть на свой палец кольцо, подняла Джейсона с колен и, совсем себя не контролируя, бросилась к нему на шею. Молодые люди выпали из лодки в тёплое море, тут же до нитки промокнув, но им было все равно. Сейчас Кэмбел был счастлив как никогда раньше и потому не мог сдержать искренней светлой улыбки.
Сьюзен расцеловывала ему лицо, руки, шею, пока не дошла до губ и не впилась в них, с головой накрывшись водой. Молодые люди с болью открыли глаза под мокрой стихией, но на мгновение успели вновь взяться за слияние губ, а потом вынурнули наружу, продолжая на берегу.
Стефани, которой Эдмунд показал, ради чего старался, едва ли не визжала от счастья за своего брата и свою дорогую подругу. Она зажимала рот ладонью, чтобы не нарушить их идилию.
Эдмунд отвёл девушку за руку и, отвечая на её вопросы, звал куда-то наверх, ближе к празднику, но все же дальше от всех людей в округе.
-Что, тоже сделаешь мне предложение? — посмеялась Эванс.
-Нет, что ты? Пока ещё рано, обойдёшься. Я пока что холостяк.
-Формально, но не фактически — сегодня Стефани была прямо на веселе, что обусловилось её невероятным настроением, пропитанным праздником и радостью за всех своих родных. Конечно же, ещё одной причиной были два фужера великолепного пузырчатого шампанского.
-На самом деле я хотел привести тебя сюда — на ветке самого крупного дуба в поле зрения свободно, на лёгком ветерке, из стороны в сторону болталась одинокая качеля.
Сев на неё по приглашению парня, Эванс загляделась на открывающийся вид. Солнце уже начало опускаться куда-то за море, за горизонт. Его пересекали радостные птицы, во главе которых был Азирафаэль. Он двумя самыми верхними крыльями помахал девушке, и она поняла, что это дозорщики за порядком.
Вода приятно поблесткивала, и одинокое маленькое судно купалось в ней, покачиваясь на вьющихся волнах.
Эдмунд начал двигать качелю туда-сюда, и лёгкий ветерок ласкал волосы Эванс, отчего она бесстрашно закрыла глаза и так легко-легко и свободно вздохнула, вбирая в себя вечномолодые и вечносчастливые просторы Нарнии.
-Наверное, когда ты станешь моей королевой, тебя прозовут бесстрашной — улыбнулся Певенси.
-И будут у нас два мистера и мисс Певенси, мистер и мисс Кэмбел и мистер и мисс… Какая фамилия у Эйлерта?
-Если честно, я без понятия.
-Надо будет узнать.
-Точно.
Стефани ещё раз взглянула на удивительные пейзажи и почувствовала гордость за то, что где-то в этих просторах она родилась, за то, что она здесь с дорогими ей людьми, за то, что сейчас рядом её любимый парень, которого она ни за что никому не отдаст. А ещё за свою безграничную, глубокую любовь.
-Эдмунд? — девушка взяла его за руки.
-Мм?
-У меня есть два вопроса. — девушка достала из маленького кармашка платья кольца — Что мы будем с ними делать?
-Хм, хочешь вернуться?
-Нет, ты что? — улыбнулась она — Всё равно Аслан лишил их волшебной силы.
-Ну тогда… — Певенси взял из нежной бархатный ладони драгоценности, и они оба увидели, как они летят в воду по скалам, навсегда всеми забытые.
Эдмунд присел на качелю рядышком и приобнял свою любимую.
-И ты будешь любить меня? До самой смерти?
Справедливый король широко и искренне, будто лаская взглядом, улыбнулся и присел рядом. Он обнял свою любимую девушку и прошептал ей:
-Даже после неё, Стефани, даже после.
========== Глава 95. Эпилог ==========
«Наверное, это моё хобби писать предсмертные послания. Но если ты читаешь это, значит, скорее всего, я уже мертв.
Знаешь, наверное, у людей есть дар предвидения их смерти. Так вот сегодня меня с утра мучает одно и то же чувство, будто сегодняшний поход на горных троллей будет для меня последним, и я в последний раз поцелую тебя и свою папинькину дочку Эльзу, да, как в детстве, в щеку, хоть ей уже и семнадцать. Пожалуйста, не дай ей отчаяться, и, если окажется, что меня убьёт кто-то, а не что-то, пусть простит. Пусть отпустит, отпусти и ты.
Брось, я уже сейчас вижу, как ты плачешь, Сью. Не стоит, хватит. Мы оба с тобой знали, что этот роковой час настанет, и от него нам было не убежать. Мне сорок пять, черт возьми, а я с девятнадцати лет знаю, что мне уготовано.
Единственной моей надеждой было то, что я не пожалею о прожитом, и ни о чем не пожалел. Для меня счастьем было видеть, как мои сестры становятся королевами, Кэрол Всемогущая и Стефани Бесстрашная… Хм, ну, а я просто король Джейсон с народным прозвищем Исцеляющий.
Так уж вышло, что я задолжал принцу Рилиану один разговор… Что ж, если он серьёзно хочет в будущем быть с нашей Эльзой, то ему стоит хорошенько подумать, иначе, когда Каспиан сюда попадёт, я просто дам ему в нос за его отпрыска. А с Лили просто спросится.
Кстати, я вам никогда не говорил, но у нас с жемчужинкой есть маленький секрет. Да-да, Мелоди, любимую дочку Люси и Эйлерта, я называю именно так. Она тайно влюблена в своего дядю Юстаса. Но это так, между делом. А из него вышел хороший тренер в лагере… Характер прям поприбавился.
Кэрол скажи, чтобы даже не смела причитать, что я без неё вновь куда-то вляпался. У них с Питером трое своих детей, а они все до сих пор нас всех воспитывают. Черт возьми, да я надеялся, что они перестанут нас так опекать!
Что до Стефани и Эдмунда… Хм, надеюсь, у вас с моей сестрой получится сделать Нарнию в плане науки гораздо лучше, чем она есть. Вы годами над этим работали и заслуживаете признания. А если нет, то Эльза и Гарольд продолжат ваше дело. Вообще Гарольд какая-то смесь Эда и Стеф, тебе так не кажется?
Сейчас пишу и плачу на самом-то деле. Никогда не писал таких длинных писем. Я рад, что таким ты меня уже и не помнишь. Как же я люблю вас всех… Вы даже не представляете насколько.
Я люблю тебя, Сьюзен, быть может, сильнее, чем когда-либо. И сейчас я как никогда это понимаю, прокручивая в своей голове нашу с тобой историю от начала и до конца. Тернистый, но достойный путь. Да, Джульетта?
Сью, если ты сейчас читаешь это вслух, озвучь всем, что они были моей семьёй. Мне жаль, что я так редко повторял им это, наверное, я просто не способен на проявление сентименталлности, но пусть все это слышат из твоих прекрасных уст.
Люблю вас всех.
Джейсон».
-Я тоже люблю тебя — вымолвила Великодушная королева, прижимая к сердцу письмо и роняя на него солёные слезы.
-Папочка, отец… — темноволосая девушка семнадцати лет, вся внешностью в маму, за исключением тонких губ и волнистых волос, упала на колени и горько заплакала.
-Эльза… — Рилиан поцеловал девушку в щеку и заключил в объятья.
-Я нашёл его у горной реки с ножом в спине. — с жалостью проговорил Юстас — Его так любило все войско… Даже не представляю, кто это вообще может быть.
-Мы все знали, что так будет — Кэрол пустила ручьём три слезы, обнимая двух рыжих близнецов одной рукой, а второй держащего маленькую блондинистую девочку Питера.
Лили и Каспиан не говорили ничего. Звезда молча плакала по дорогому другу у мужа на плече, а тот просто не мог принять данное происшествие. Собственно, как и по-детски рыдающая жемчужинка, впившаяся в руки Люси и Эйлерта, чьи сердца перешептывались о горе.
-Но не думали, что так скоро — сказал Эдмунд и подошёл к сестре, обняв её и забрав из рук письмо. Он подал его Стефани, которая магией окружила его заклинанием. Оно не должно было дать бумаге выцвести или намокнуть, а тексту стереться. В заключение, стараясь не плакать, Бесстрашная королева произнесла: