Через несколько часов возле Кэр-Параваля собрался народ. Люди, фавны, кентавры, говорящие животные… Их было не счесть, и Люси предстала перед ними во всей сияющей своей красоте, чтобы вселить в них дух громогласной ослепляющей победы. И во всех концах Нарнии звучала ее речь, которой безропотно, не сопротивляясь, внимали.
-Мои любимые подданные, я знаю, что сейчас происходит в ваших душах, что вам страшно, что вы в панике. — дрожащими руками Люси провела подле себя, чтобы успокоиться, а затем продолжила — И я сейчас нахожусь в таком же состоянии, что и вы. Когда я впервые пришла в Нарнию, то первое, что сделала, провалилась в большущий сугроб, который уже сто лет покоился на том самом месте у фонарной площади. Белая Колдунья сложила много голов на своем пути, чтобы обречь Нарнию на век заморозок и страданий без радости, без праздников, заставив не подчинившийся ей деревья уснуть, а прочих молчать, навсегда сомкнув покорно губы. Она расправлялась со всеми несогласными. Но она всегда боялась, зная о пророчестве, боялась, что кто-то сможет ее победить. Однажды снега начали таять, однажды река дала трещину льду, разразившись бурным водопадом сопротивления. Природа наконец-то выбралась из глубокого сна, в котором находилась сотню лет. И я была там, я видела ее, я знаю ее, как знаю и всех тех, кто геройски сложил головы в бою. Но их жертва не будет напрасной. Мой брат, которого вы все знаете как короля Питера Великолепного, еще будучи мальчишкой повел в бой все силы, которые были, когда мы лишились Аслана, потому что не хотел, чтобы его смерть пропала даром. Эдмунд, который прослыл за предателя и за которого отдал жизнь Великий лев, пошел на войну. Но лично я не допущу, чтобы все пережитое тысячи лет назад, повторилось. Нарния больше ни за что не падет под магией посоха Белой Колдуньи, она не заставит нас замолчать также, как вынуждены были молчать наши предки! — Люси повысила свой голос в победоносном крике — Так во имя же тех, кто победил в той войне, во имя Аслана и во имя свободной Нарнии давайте объединимся! Сплотим все силы, что у нас есть и будем готовиться, не жалея себя. За Нарнию! За Аслана! — в конце концов прокричала Отважная королева, на что получила аплодисменты воодушевления, а ее грудь начала волнительно вздыматься, пока губы растягивались в белоснежной улыбке.
Кипела работа. Все жители привносили свой в клад в общее великое дело. Командиры собирали войска, обучали желающих мужчин и женщин воевать, запасались любым возможным продовольствием, теплыми вещами, укрепляли границы, шла ковка оружия, натачивались стрелы. Фавны и кентавры упражнялись в прыжках, люди в боевых навыках, барсы, леопарды и прочие кошки уже точили когти, мыши, ведомые ранее Рипичипом, до остроты идеала доводили свои сабли… Люси и Юстас тоже вовсю готовились к битве. Дожди сменились снегами…
А вот все остальные только-только прибыли в Нарнию. Их встретили аплодисментами и просьбами о том, чтобы те привели их к победе. Певенси, которые были настроены внешне, внутри все пылали от воспоминаний о пережитом прошлом и новых свежих ранах, о расставании с любимыми.
Эдмунд, которого появление Джадис повергло в наибольший, в отличие ото всех, шок, первым делом зашел в свою комнату и дал себе пять минут, чтобы окончательно прийти в себя. «Мальчишка, который готов продать все ради рахат-лукума и единоличной власти» — пронеслось у него в голове, и чувство вины за прошлые ошибки с двойной силой ударило по светлым мыслям о вере.
Справедливый король впервые за много лет почувствовал, будто не владеет собой, будто он до сих пор тот вредный и заносчивый мальчик, который может снова стать предателем. А почему? Почему сейчас, ведь все хорошо?
«Ожидает нечто худшее, чем пытки» — сказал Аслан, будто давным-давно. Что? Что может быть хуже того, что было столько лет назад? Потеря близкого человека? Нет, только не это, только не кто-нибудь из его родных. Он не простит, если в бою падет Питер, Сьюзен или Люси. Или Юстас. Да и Джейсона с Кэрол он был готов увидеть борющихся с ним плечом к плечу. Но если вдруг умрет Стефани, это точно, совершенно точно будет его вина. Ее любовь обойдется для нее же слишком дорогой ценой.
-Эдмунд, что с тобой?.. — взволнованная Эванс вошла в комнату и, увидев парня в состоянии, граничащем с внутриличностной истерикой, без лишних слов обняла его и заплакала — Это все неправда, что говорила Джадис, я знаю это. Прошу тебя, не отчаивайся, мы снова все преодолеем, вместе и до конца.
-Я не прощу себе, если что-то с кем-то случится.
-Эд, ты всегда и ко всем справедлив, но только не к себе. В том не будет твоей вины, как и чьей-то либо. В том, что Колдунья здесь, есть определенный смысл. Мне тоже страшно за Нарнию, за всех моих близких. Вы стали для меня семьей, которой у меня не было никогда. Ты выпустил меня из клетки, в которой я находилась.
-Стефани, я хочу, чтобы ты ушла. В другой мир, в наш мир. Я не переживу, если что-то с тобой случится, понимаешь?
-Даже не смей заговаривать об этом! Это мой мир так же, как и твой. И я буду воевать до конца. Я лучше умру здесь, чем буду жить там. Все будет с нами хорошо, все будет отлично — девушка еще крепче прижала к себе Эдмунда, одной рукой успокаивающе поглаживая по голове, стараясь у самой себя отогнать все ужасные и никчемные мысли, что лезут в голову.
*****
-У меня ужасные новости… — произнесла Сьюзен, собрав всю свою семью и поймав себя на мысли, что здесь ужасно не хватает Кэмбелов, особенно Джейсона — Я обратилась за помощью к Орландии. Король Ханс умер от инфаркта, узнав о Колдунье. Во всяком случае так говорят. Мне слабо верится, что своей смертью.
-И что же? — после двух минут сплошного молчания спросил Юстас.
-Мне писала Радда и ее брат Эйлерт, только по отдельности. Эйлерт сказал, что пытался убедить старшую сестру, поскольку она на троне сейчас, но безуспешно. Из-за обиды, нанесенной ей Питером, она отказалась прислать нам помощь. Более того, она спелась с Буше, и, кажется, присоединяется к союзу Тархистана и войска Белой Колдуньи (позже его назвали союзом «Огня и Холода»).
-А что Тельмар?..
-Он держит нейтралитет, но если к кому и присоединится, то к ним. — печально вынесла вердикт Великодушная королева — Нам придется рассчитывать только на себя.
-А что будет, если я все-таки женюсь на Радде?.. — подал голос задумчивый Питер.
-Ты спятил?! — воскликнул Эдмунд — Она ненормальная, нам таких альянсов не надо, а тем более их жалких подачек.
-Нет другого выхода, мы не можем воевать со всеми ними! — воскликнул Питер.
-И тобой жертвовать вот так мы тоже не можем! — подскочил младший брат Певенси — Пусть присоединяется, к кому хочет.
Вдруг в окно кабинета влетела белоснежная сова, осыпанная черными точками, а за ней коршун. В лапах обоих птиц было по письму. Эдмунд забрал у первой красавицы, а Люси раскрыла то, что было у той, что считалась гордой.
«У вас остались сутки, поторопитесь. Бой будет в той самой долине, где вы навсегда хотели захоронить мое тело, у склонов гор. Прошу не опаздывать.
Б.К. с любовью.»
-Да пропади ты пропадом, Джадис! Слышишь меня?! — вскричал Справедливый король в бешенстве и ярости и выкинул пергамент вниз, предварительно разорвав и смяв его в несколько кусков.
-Эйлерт пишет! — воскликнула Люси — Говорит, что Орландия охвачена хаосом. Все знают о возвращении Белой Колдуньи и готовы драться, бунтуют против Радды, но далеко не все. Эйлерт сказал, что завтра прибудет с войском, которое ему удалось собрать и сам будет его вести.
-Здорово, значит, часть Орландии совершенно точно за нас! — воскликнула Сьюзен.
-Интересно, а что великаны? Нейтралитет? — поинтересовался Каспиан, внезапно первый вспомнив о них.
-А великаны-то вот как раз давно на ее стороне — послышался голос из коридора, а затем в дверном проеме появился Джейсон, к которому тут же бросилась на шею Стефани, а Сьюзен начала дрожать и ужасно нервничать.