Дмитриев переехал из-за некоторых семейных обстоятельств. Каких — не уточнил. Сказал только, что так вышло. Ему и маме пришлось сменить место жительства и вернуться в родной город. Как я поняла, у парня, как и у меня, была только одна родительница. И они так же, как и я со своей мамой, были в хороших отношениях.
Сначала Костя хотел подождать хотя бы окончания десятого класса, но ситуация была такова, что нужно было срочно собирать вещи и сжигать мосты. Я не шучу. Он так и сказал. Сжигать мосты. Что такого случилось — мало эмоциональный парень не захотел уточнять. Мне было удивительно, что с такой скрытностью он в принципе что-то рассказывает. Даже тот же Никита оказался общительней. Нет, они не похожи. А ведь с самого начала мне именно так и показалось. Единственное, что объединяет моих одноклассников, это самооценка, подпирающая облака.
Это был разговор обо всём и ни о чём одновременно. Дмитриев рассказывал о себе, но это было так странно. Он выдавал настолько общую и размытую информации, что получалось так, будто в итоге не рассказал абсолютно ничего. Как раньше я знала, что одноклассник переехал в другой город в конце десятого класса, так и сейчас владею примерно теми же фактами. Без каких-либо подробностей и объяснений.
Когда мы пришли в мой двор, я увидела на детской площадке парня с коляской. Он сидел на скамейке и здоровой рукой качал люльку. По гипсу я догадалась, что это был Семёнов. Никита монотонно двигал ярко-розовую коляску вперёд и назад. Я помахала ему рукой. Одноклассник на секунду прекратил своё действие и поднял левую руку для ответного жеста, но, увидев Дантеса, снова стал серьёзным и вернулся к своему занятию.
— Вот и пришли, — сказала я Косте.
— Тогда во вторник и четверг? — он повторно уточнил время индивидуальных тренировок, на котором мы остановились.
— Да, — согласно кивнула я.
— Тогда увидимся в школе. Пока, — ответил Дмитриев, через моё плечо глядя на Семёнова.
— Пока-пока, — я помахала рукой вслед уходящему однокласснику.
Никита всё так же сидел на скамейке и раскачивал люльку с сестрёнкой. Поглядев на время в телефоне, я решила ещё немного прогуляться и направилась в сторону соседа. Мама всё равно сегодня работает в дневную смену и придёт не раньше восьми часов вечера, а мне не нравится сидеть дома одной. В такие моменты стены так давят.
— Привет, — вполголоса сказала я, садясь рядом с Семёновым.
В коляске сладко сопела розовощёкая малышка в бежевом чепчике. Даже в голове не укладывается, что мы когда-то были такими же маленькими, а уже в следующем году заканчиваем школу.
— Привет, — тихо ответил Никита.
— Гуляете? — улыбнувшись, спросила я.
— Угу, — буркнул одноклассник, — Лиза убирается, а меня отправила Аньку выгуливать.
В ответ малышка закряхтела в коляске, но не проснулась. Я тихонько хихикнула.
— А ты что, с этим подружилась? — недовольно спросил Семёнов.
— Да нет, просто с тренировки шли, — на автомате ответила я и тут же прикусила язык.
Точно! Костя же не хочет никому в школе рассказывать о занятиях бальными танцами. Совсем из головы вылетело. Ещё бы чуть-чуть и всё бы разболтала Никите, а он уж ни за что не упустил бы возможности посмеяться над новеньким.
— Тренировки? — переспросил парень. — Какой?
Я задумалась. Нет, про танцы говорить никак нельзя. Теннис или шахматы тоже не самый лучший вариант. Бассейн не подходит, волосы же сухие у меня.
— Так это, волейбол, — не очень уверенно соврала я.
— А-а, ясно, — протянул одноклассник.
Не уверена, что он мне поверил, но больше вопросов задавать не стал. Анютка пискнула и открыла глаза. Увидев меня, малышка улыбнулась. У неё было всего два зуба снизу. Эта улыбка была невероятно забавной.
— Похоже, ты нравишься мелкой, — уточнил Семёнов. — Меня она недолюбливает, постоянно пытается за волосы дёрнуть.
— Ерунда какая, — улыбнувшись, ответила я, — у неё просто хватательный рефлекс. Уверена, если подойду поближе, то она и меня обязательно попытается ухватить за волосы. А у тебя такая шевелюра, что сложно удержаться, чтобы не потрогать.
Одноклассник удивлённо посмотрел на меня. Так, а что я сейчас сказала? Ой. Вот так признание! Я тут же покраснела. Никита же теперь будет считать, что я, как и все девчонки в школе по нему сохну, поэтому и пытаюсь подружиться. Какой кошмар! Стыдно-то как. Вот это я попала. Не могла ли чего-нибудь получше ляпнуть? Уж лучше бы про танцы рассказала. Но, признаться, у одноклассника были действительно очень красивые густые волосы. Они не были кудрявыми. Просто волнистыми. Но так мило складывались в причудливые завитки. И это всё в дополнение к его малахитовым глазам. Наверное, у парня очень красивые родители.