Сам же парень чувствовал себя чуть лучше. Температура уже второй день не поднималась выше тридцати семи целых и двух десятых градуса. Одноклассник планировал уже к концу недели вернуться в школу. На этом моменте мне всё-таки пришлось рассказать, куда же делись мои волосы. Семёнов очень внимательно слушал каждое моё слово, и с каждой минутой его лицо становилось всё мрачнее и мрачнее.
— Надо будет сказать Дмитриеву спасибо за твоё спасение, когда снова вернусь в школу, — сказал он, когда дослушал мой рассказ. — Плохо только, что Людка девочка. Зубы не пересчитаешь.
— Ты собираешься с ней ругаться? — испуганно уточнила я.
— Не то чтобы прямо ругаться, но мечтаю сказать ей то, что я о ней думаю, — вздохнув, ответил парень, а затем снова посмотрел на меня. — Всё равно у тебя кудряшки очень красивые.
Он снова улыбнулся и провёл руками по моим волосам. Я прильнула к нему, прикрыв глаза. В этот момент весь мир остановился. Никита приобнимал меня за плечи. Мы так сидели какое-то время. Молча, не решаясь нарушить наполненную спокойствием тишину. Я уткнулась носом в его шею, слушая его ровное дыхание. Настенные часы вдалеке тихо тикали. На улице скулил ветер, как уставшая и замёрзшая собака.
— Надеюсь, скоро мы снова будем видеться чаще, — сказала я, открыв глаза и посмотрев на парня.
— Скоро, Цветочек, скоро, — ответил он и взял мои руки в свои. — А если ты решишься ехать со мной в Питер, то мы с тобой сможем вообще никогда не расставаться.
С каждым днём я всё меньше и меньше хотела поступать в Казань. Мне действительно хотелось и дальше учиться вместе с Никитой. Но как сказать маме о том, что я хочу уехать в Питер? Это ведь так далеко. Она точно будет переживать. Но мне и впрямь не хотелось расставаться с Семёновым. Надеюсь, родительница поймёт моё желание уехать. Хотя мы ещё ни разу не обсуждали, куда именно я хочу поступать.
***
— Три тренировки, целых три, — сокрушалась Алисия Алексеевна, — Анфиса, у тебя что-то случилось. Какие-то проблемы дома? Расскажи мне.
Проблем не было, но моё желание заниматься бальными танцами улетучилось. Его заменила мечта о поступлении в Питер на актёрское. Мне нужно было усерднее готовиться к экзаменам и посвящать им большую часть моего свободного времени. Танцы я, как и планировала, решила бросить, но сказать об этом тренеру никак не решалась. Не придумав ничего лучше, просто пропускала занятия. Но когда Никита окончательно выздоровел, мы решили вместе сходить на тренировку и поговорить с нашим преподавателем.
— Алисия Алексеевна, — вмешался в наш разговор парень, — Фиса хочет бросить занятия бальными танцами.
— Что?! — непроизвольно вскрикнула тренер. — То есть как? Костик ушёл в другую студию, а теперь и вы меня бросаете?! Кого мне отправлять на зимний турнир?
Тяжело вздохнув, женщина опустилась на стул. Семёнов налил стакан воды и протянул ей. Алисия Алексеевна выпила и снова вздохнула. Она была крайне разочарована нашей новостью.
— Отправьте на турнир Артёма и Агату, — предложила я.
— Конечно. Конечно, они поедут, — тяжело дыша, ответила преподавательница. — Но они младше и выступают в другой группе. Они только в девятом классе, им ещё нет шестнадцати. А в вашей возрастной группе никого больше нет.
Никогда бы не подумала, что Артём и Агата такие маленькие. Парень был очень высоким. Я думала, что они нас только на один год младше и учатся в десятом классе. Меня всегда, наоборот, все воспринимали на возраст меньше, чем мне было на самом деле. А тут такие взрослые и талантливые ребята.
— Никитушка, Анфиса, милые, не бросайте меня, — чуть ли не рыдая, попросила тренер. — Давайте позанимаемся, съездим на турнир, а потом бросайте. Очень прошу вас. Анфиса, ты же так долго шла к золоту, а теперь хочешь уйти, не получив ни одной медали?
Алисия Алексеевна попала в самое яблочко. Я действительно с самого детства мечтала о золоте. И уйти без него было бы очень грустно. В принципе, до декабря мы могли бы походить на тренировки, а в следующем полугодии я бы налегла на учёбу. Сейчас я могу заниматься по мере своих возможностей. Я посмотрела на Никиту, пытаясь прочитать ответ в его глазах. Кажется, парень был солидарен с моим решением. И был готов ещё пару месяцев потанцевать. Вдруг только нашей с ним химии не хватало моему мастерству, чтобы выиграть золотую медаль?