Девочек из нашей группы чуть не разорвало от злости. Они всегда мне завидовали. Я сама не считаю себя невероятно талантливой, как и не понимаю причин такой неадекватной зависти. А вот мой новый партнёр по танцам был, вероятно, уверен в своём таланте так же, как и в знаниях литературы.
За всё время нашего занятия Костя не проронил почти ни слова. Он просто танцевал. Стоит заметить, что делал он это достаточно хорошо. Мне не только нечего было подтягивать в его навыках, но и было чему поучиться. Дмитриев, оказывается, не только Дантес, но ещё и Цискаридзе[4]. Интересно, в школе знают о его талантах в области бальных танцев? Думаю, вряд ли. Мальчики обычно скрывают подобные хобби. Но с другой стороны, кажется, это мой билет к получению первого золота на грядущем турнире.
[1] Жорж Шарль Дантес — француз, офицер-кавалергард, смертельно ранивший поэта Александра Пушкина на дуэли 27 января (8 февраля) 1837 года.
[2] В региональном контексте Сибири «Чуча» означает чучело, пугало.
[3] Срединное государство — это Китай. Так называют страну по её самоназванию «чжунго» (中國 или 中国), где первый иероглиф «чжун» (中) обозначает «центр» или «середину», а второй знак «го» (國 или 国) – «страна» или «государство».
[4] Николай Максимович Цискаридзе — российский артист балета и педагог.
Глава 2. «Как Никита к Гудвину за смелостью ходил».
«Ты чё такой хмурый? Ну чё ты грустишь?
Запомни, дружище: ты не один.
Ну чё нос повесил? Неужто беда?
Запомни, дружище, что мы рядом всегда.
Ты чё такой хмурый? Ну чё ты грустишь?
Запомни, дружище: ты не один.
Ну чё нос повесил? Неужто беда?
Запомни, дружище, что мы рядом всегда».
Трек: The Hatters — Хмурый
В середине неделе в школе появился Семёнов. На удивление у него действительно была сломана правая рука. Кажется, он и впрямь куда-то влетел на своём мотоцикле. Как только его родители купили ему такую опасную для десятиклассника игрушку? Возможно, даже они бросили воспитание Никиты. Он же такой упрямый и неуправляемый.
Увидев за своей партой Дантеса, Семёнов удивился. Хотя это ещё мягко сказано. Его симпатичное лицо исказила гримаса неприязни и отвращения. И как на зло в этот день пришёл весь класс. Единственное свободное место осталось только рядом с Костей.
— Никита, проходи и садись рядом с Дмитриевым, — спокойно произнесла Татьяна Фёдоровна, указывая рукой на пустующий стул.
— Не сяду я рядом с этим, — буркнул Никита.
— Семёнов, что это за поведение? — строго спросила учительница. — Сейчас же садись. Мы только из-за тебя не начинаем урок.
— Я не буду сидеть с ним вместе, — повторил одноклассник.
— Раз так, — вздохнула преподавательница литературы, — тогда будем пересаживаться все.
По классу пронесся шквал недовольства и возмущений. Мы уже давно садились в свободном порядке. Но если учителя считали, что наше расположение мешает учебному процессу, то быстренько начинали всех пересаживать. Это выступало в качество одного из самых серьёзных наказаний. Мальчиков рассаживали с девочками. Было уже сложнее шептаться на задних партах, да и не интересно. Ты уже сидишь не с другом, а с одноклассником, который тебя ужасно раздражает.
— Ну, не надо, Татьяна Фёдоровна, — взмолились ребята.
— Надо! — строго сказала учительница. — Скажите спасибо Семёнову.
Да уж. Не сладко ему теперь придётся. Ученик, из-за которого начинали рассаживать класс, надолго становился объектом обид и насмешек. У Никиты, конечно, не так уж и много друзей в школе, но сейчас он рискует окончательно стать изгоем.
Началась возня. Одноклассники собирали свои вещи и постепенно меняли свои ареалы обитания. Все были недовольны этим процессом. Кто-то тихо бубнил. Кто был посмелее, отвешивал колкости в сторону Семёнова, но аккуратно. Всё-таки вторая рука у него была здорова.
Спустя некоторое время все заняли новые места. Так моя подруга и соседка Мила переехала на третий ряд, а я оказалась за четвёртой партой первого. Но самое ироничное, что моим соседом оказался Никита. Другие одноклассницы бы душу продали, чтобы оказаться за одной партой вместе с Семёновым, но не я. Меня этот самовлюблённый индюк невероятно раздражал. Не знаю, что должно произойти, чтобы я начала относиться к нему иначе.