Сейчас Йен спускался по склону холма на Блэр-стрит во тьму и грязь, к рядам ветхих, похожих на сгорбленных старух жилищ. Такое ощущение, что Новый город с его величественными особняками и симметричной архитектурой, привилегиями и могуществом находился бесконечно далеко отсюда.
Дэвиду приходилось разрываться между этими мирами. Взгромоздившись на край убогого Старого города, он балансировал на вершине Блэр-стрит и готовился взлететь. Отчаянно желал взлететь. Но чувство вины вынуждало оглядываться через плечо и задумываться, чего же он лишится, если взлетит, будет ли сожалеть о потерях или же просто порадуется, что все осталось в прошлом.
Глава 9
— Думаешь, он придет? — спросил Йен, в то время как Дэвид повязывал ему шейный платок.
С момента их последней встречи прошло уже четыре дня, и, казалось, с тех пор Йен еще больше уверился, что Балфор должен быть Лисом.
— Не знаю, — терпеливо отозвался Дэвид и добавил: — Надеюсь, ты помнишь свое обещание.
— Безусловно. Я не стану поступать опрометчиво, пока не сообщу обо всем тебе.
— Верно. И не стоит делать поспешных выводов. Вовсе не обязательно, что Мёрдо Балфор и Лис — один и тот же человек.
— И это тоже. — Выглядел Йен немного растерянным.
— Помни, ключевая фигура — это Изабелла Гэлбрейт. — Сделав шаг назад, Дэвид окинул критическим взором внешний вид Йена. — Можно проверить, как она отреагирует на Балфора.
— Или как он отреагирует на нее.
Дэвид пожал плечами.
— Да, но не теряй бдительности, приглядывай и за другими мужчинами. Не смотри исключительно на Балфора.
— Не буду... Если меня впустят.
— Все будет хорошо. Это публичный прием, билеты у нас есть, и ты выглядишь респектабельно. Не тяни платок.
— Он меня душит, — убрав руку, пожаловался Йен. — А воротник утыкается в подбородок.
Дэвид улыбнулся.
— Будь ты светским джентльменом, воротник не казался бы тебе таким уж высоким. Некоторые носят и повыше.
Йен презрительно фыркнул.
— Я не из их числа, — воскликнул он, послышавшееся в голосе пренебрежение скрыло привычный акцент.
— Сегодня все наоборот, — твердо заявил Дэвид. — Сегодня ты сын министра Джеймс Грант, учишься в Глазго и приехал ко мне в гости.
— Знаю, знаю. Но все равно чувствую себя идиотом.
Дэвид похлопал его по плечу.
— Ты смотришься отлично.
Смотрелся он лучше, чем отлично. В сшитых на заказ вещах педантичного молодого джентльмена из приличной семьи Йен выглядел великолепно, правда, немного худым. В чистой хорошей одежде его привлекательность стала заметнее.
— Идем, — надев шляпу, произнес Дэвид. — До Джордж-стрит еще нужно дойти.
К счастью, погода вечером стояла сухая, хотя было прохладно. Шагали они бодро, а добравшись до зала собраний, оказались в толпе ожидавших посетителей. Молодые дамы, одетые в платья в пастельных тонах, трепетали от волнения и щебетали, подобно стае птиц, а бдительные матери и затюканные отцы за ними присматривали. Джентльмены прибывали по двое или по трое, сердечно друг друга приветствовали и тайком приглядывались к барышням.
Среди толпы знакомых Дэвид не отыскал. Они с Йеном молча стояли бок о бок, а толпа неспешно двинулась вперед.
Наконец-то они вошли в огромный танцевальный зал. По слухам, он занимал второе место после просторного зала в Бате. Помещение озарял мерцавший свет сотни свечей. Дэвиду подумалось, что при искусственном освещении все смотрелось лучше, чем было на самом деле. Оно смягчало все острые углы, скрывало недостатки и благоволило самым заурядным лицам.
— Давай выпьем, — потянув Йена за руку, сказал Дэвид.
Он заплатил несколько монет за два бокала пунша — слабого и мутного — а рядом с ним неподвижно стоял Йен. Прихлебывая напиток, они следили за входом в бальный зал и за новоприбывшими.
Разумеется, Балфор придет. Он же известил об этом Элизабет Чалмерс за ужином. Но вдруг он всего-навсего проявлял вежливость? Вдруг сейчас он лежал в постели с каким-нибудь хорошеньким готовым на все мальчиком? При мысли об этом на душе заскребли кошки, и Дэвид задумался, как бы все прошло, если б он тогда принял приглашение Балфора. Если б он поднялся по ступеням вместе с ним и вошел в его дом, в его опочивальню. Разделся и вновь опустился на колени.
Осознав, что член у него начал набухать, Дэвид прогнал все мысли и осушил бокал до дна, пожалев, что там был налит не виски. Он решительно переключился на вход.
Спустя почти целый час Дэвид заприметил знакомые лица. И увидел он не Балфора, а Элизабет Чалмерс в компании матери и старшей сестры, имя которой уже позабыл.