Дэвид вежливо улыбнулся, маскируя нервозность и волнение, что накатили на него при взгляде на Балфора. Уж прятать напряженность ему удавалось хорошо. Первые несколько минут судебного заседания всегда были для него пыткой, но он научился, не выпячивая грудь, делать глубокие успокаивающие вдохи. Он научился хранить безмолвие. Оно было необходимо, если хотелось взять себя в руки, и чтоб речь звучала спокойно и отчетливо, и уверенно.
— Танцор из меня неважный, милорд, — отозвался Дэвид. — Но дамы надо мной сжалились.
Элизабет и Катерина тут же принялись возражать.
— Кажется, дамы не согласны, — улыбнувшись, отметил Балфор.
— Они очень добры.
— Вы пришли один? — спросил Балфор.
Его лицо, кроме любопытства, ничего не выражало, но у Дэвида никак не получалось отогнать мысль, что вопрос был важным, и Балфор рассчитывал, что Дэвид это поймет. Балфор и так знал, что Дэвид пришел не один. И может, даже знал, для чего этот человек сюда явился.
— Я пришел с другом.
— С другом?
Прозвучало так, будто Балфор жаждал получить больше информации, но Дэвид не намеревался ничего рассказывать. В том не имелось нужды.
— Да... И мне следует его отыскать. Прошу меня простить.
Не дождавшись ответа, он поклонился дамам и с колотившимся сердцем зашагал в противоположном направлении. И сразу же почувствовал себя глупцом. Он должен был остаться, понаблюдать за Балфором и мисс Гэлбрейт и попытаться получить представление о том, насколько близко они знакомы. А из-за своей нервозности он упустил такую возможность.
Было начало десятого. Дважды обойдя бальный зал, Дэвид сумел найти Йена. Он притаился неподалеку от большой веселой компании, члены которой и не замечали, что Йен был не из их числа.
— Где ты пропадал? — отделившись от компании, буркнул Йен. — Я прождал возле столба десять минут и решил, что ты ушел.
— Говорил же, что буду танцевать. Я исполнил по танцу с сестрами Чалмерс, это заняло время. А вскоре мне придется вернуться и станцевать с мисс Гэлбрейт. Тебе удалось подойти поближе к лорду Мёрдо?
— Да.
— И?
— Это не он, — после паузы ответил Йен.
Дэвиду мгновенно стало легче, ноги ослабли и начали дрожать. Захотелось найти стул и присесть, опустить голову между ног и отдышаться. Столь мощная реакция ошеломила и лишила дара речи. Он попытался скрыть от Йена свою реакцию тем же способом, что и во время беседы с Балфором, но, не сумев сдержаться, заметно сглотнул. Йен наверняка обратил на это внимание.
— Точно? — спросил Дэвид.
— Вроде бы да.
Дэвид бросил на Йена тяжелый взгляд и, всматриваясь в выражавшее тревогу лицо, нахмурился.
— Вроде бы?
Йен безрадостно покачал головой.
— Он похож! Но нет. — Последнее слово он произнес будто бы неохотно. — Это точно не он.
— Теперь что? Думаешь, он связан с Лисом? А сходство у них семейное?
Йен кивнул.
— Пожалуй, да. Это поразительно, Дэви.
Значит, Балфор имел отношение к Лису, пусть и как родственник. Эта информация вынудила Дэвида задуматься, для чего же все-таки Балфор прибыл в Шотландию, для чего находился в Стерлинге в день казни Бэйрда и Харди. Стечение обстоятельств?
Или он выполнял приказание тех же господ, что и его родственник?
Дэвиду почудилось, будто он вот-вот упадет, и сердце тревожно сжалось. Это же надо было столь бездумно заявить Балфору о своей симпатии к ткачам. До этого самого момента он и не предполагал, насколько неосмотрительной была его откровенность. Ведь Балфор мог иметь ко всему этому отношение. А теперь неблагоразумно сказанные во время той прогулки слова казались высокомерными и наивными, и Дэвид преисполнился сожалением.
Вздохнув, он отбросил бесполезные мысли в сторону. Исправить эту глупость возможности уже не было.
— Что теперь? — спросил он.
— Ты же танцуешь с Гэлбрейт? Попробуешь что-нибудь вызнать?
— Хорошо. Ты тоже можешь с ней познакомиться, если хочешь.
Йен долго хранил молчание, а потом покачал головой.
— Не хочу, чтоб она меня видела. Думаю после бала за ней проследить, немного понаблюдаю за ее домом. Если Лис ею увлечен, надеюсь, в какой-то момент он объявится. Это самый лучший вариант его отыскать. Сюда он не придет.
Дэвид кивнул.
— По рукам. Ладно, пора возвращаться. Скоро мне танцевать с мисс Гэлбрейт. Посмотрим, что я сумею вызнать.
Изабелла Гэлбрейт была не только раз в десять красивее своей подруги Элизабет, но и раз в десять недружелюбнее. Когда Дэвид подошел забрать ее для танца, она открыто заявила, что у нее начала болеть голова, и танцевать совершенно не хотелось. Грубость Дэвида не испугала — хотя Элизабет выглядела подавленной — и он предложил прогуляться по бальному залу, предположив, что это поможет отвлечься.