Думать было некогда. Я поднялась на цыпочки и быстро коснулась губами Макса.
Он замер — всего на миг. А потом, будто всё это время ждал повода, ответил на поцелуй. Жарко. Уверенно. Так, что у меня в груди сжалось и потянуло куда-то вниз.
Где-то на краю сознания я почувствовала, как страж проходит мимо, едва бросив взгляд на целующуюся пару. Он не стал присматриваться и растворился в темноте леса.
Макс даже не пытался отстраняться. Напротив, он притянул меня ещё ближе, и поцелуй стал глубже, требовательнее. Мои пальцы сами нашли его плечи, а его ладони сжали мою талию так, что воздуха между нами почти не осталось.
Мы продолжали целоваться, будто никакого праздника вокруг и не существовало. Только он, я… и странное, опасное притяжение, от которого невозможно оторваться.
Макс не стал отпускать — наоборот, развернул меня спиной к ближайшему стволу и прижал так, что шершавые корни внизу врезались в каблуки. Его ладони легли на мои бёдра, чуть выше колен, и он потянул меня к себе, не давая шанса вырваться.
Поцелуй стал глубже, жаднее. Моя ладонь сама легла ему на затылок, а вторая упёрлась в его плечо, и я уже не пыталась оттолкнуть — только притянула ближе.
Я отвечала так же горячо, забыв и про праздник, и про стражу, и про всё на свете. Чувствовала только, как его дыхание смешивается с моим, как крепко он держит, и как тело будто само подстраивается под его движения.
Макс чуть отстранился, чтобы перевести дух, но не убрал руки. Его взгляд скользнул по моему лицу, задержался на губах, а потом он снова накрыл их своими — ещё требовательнее, глубже, так, что ноги предательски ослабли.
Я поймала себя на том, что пальцы вцепились в его рубашку, будто боялись, что он оторвётся первым. Но он не спешил. Его язык уверенно скользнул вглубь, и я уже не знала, кто из нас больше теряет контроль.
Мы так и стояли, прижавшись друг к другу, пока за спиной не послышался нарочито тихий, но очень вежливый голос:
— Развлеклись? — Неш, как всегда, выглядел невозмутимым, но взгляд у него был слишком внимательный. Он аккуратно встав между нами, разомкнул наши объятия и, чуть склонив голову, добавил: — Нам пора. Пообниматься можно и дома.
Я ещё пыталась поймать дыхание. — Мне нужно вернуться к стражу, — выдохнула я, машинально поправляя накидку.
— Нет, — отрезал Макс. Его тон был слишком жёстким, и я уже собиралась возразить, но Неш шагнул ближе к нему.
— Твое поведение всё испортит, — тихо сказал он, глядя прямо дракону в глаза.
Тот сжал челюсть, как будто боролся с самим собой. Ещё пару секунд — и он бы не уступил, но, похоже, здравый смысл всё же победил. Макс нехотя разжал пальцы, развернулся и скрылся в темноте леса, оставив после себя тепло и вкус его поцелуев. Неш подмигнул мне и последовал за драконом.
Я постояла пару мгновений, чтобы дыхание стало ровным, и вышла к опушке. Там, неподалёку от основной толпы, меня никто не ждал. Быстро стянув с себя жёлтую накидку, я схватила первую попавшуюся красную, набросила на плечи — и как раз вовремя: к площадке шагал страж.
Он выглядел расстроенным, но, заметив меня, тут же оживился. — Ты куда пропала? — с лёгким упрёком спросил он.
— Поняла, что мне всё же нельзя, — сказала я, стараясь звучать уверенно. — А вдруг кто-то бы поймал? Я бы оказалось в крайне неловкой ситуации.
Страж вздохнул, но уже через минуту вновь улыбался. Я, чтобы закрепить эффект, предложила: — Может, проводишь меня домой?
— Конечно, — ответил он, и мы направились прочь от шума и смеха. И хорошо, что вечер скрывал то, как горят мои губы от первого в жизни этого тела поцелуя.
Глава 22
Страж, довольный, словно кот после кувшина сливок, довёл меня до самого порога. По дороге он то и дело говорил о том, какой чудесный выдался вечер, как прекрасно, что я согласилась пойти, и что в следующий раз обязательно будет ещё веселее.
— Мы замечательно провели время, служительница, — сказал он и, уже у самой двери, неуверенно коснулся моей руки. — Я рад, что ты позволила быть рядом.
Я почувствовала, как его ладонь чуть настойчивее сжимает мою. Он сделал полшага ближе, будто собирался приобнять. Но я мягко, почти незаметно для постороннего взгляда, отстранилась.
— Это не очень корректно, — тихо сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — По отношению к служительнице света.
Его улыбка дрогнула, но не исчезла. — Прости, — ответил он, чуть склонив голову. — Ты права. Просто… трудно удержаться.