Под утро я уже не выдержала. Села на кровати, обхватила себя руками и зашептала молитву, хоть и знала — она не спасёт. Сердце колотилось, во рту сухо, и почему-то хотелось плакать.
Почему я вижу это?
Дверь тихо скрипнула, и в проёме показался Неш. — Ты выглядишь не очень, светлая, — его голос был спокойным, но взгляд — внимательный, пронизывающий. Он выглядел довольно бодро, я даже немного позавидовала.
Я уткнулась лицом в ладони. — Мне снился кошмар… я почти не спала.
Он шагнул ближе. — Я могу защитить тебя от кошмара, если хочешь.
Я горько усмехнулась: — Никто не может.
— Тьма может, — возразил он и сел на край кровати. — Позволь мне помочь, Сора.
Я сразу напряглась. — Неш, не начинай это снова.
Он чуть склонил голову, и на его лице промелькнула едва заметная улыбка. — Я помогу тебе просто поспать немного без кошмара. И всё.
Я была слишком уставшей, чтобы спорить дальше. И мне действительно хотелось спать. Поэтому сдалась, когда он легко притянул меня к себе, устраивая так, как было удобно ему. Я оказалась прижатой к его груди, словно маленькая.
Потом его ладонь легла мне на голову, и я сразу почувствовала, как изнутри медленно накрывает тьма. Но на этот раз она не была похожа на жуткую пасть из моих снов. Она была мягкой, словно бархатной, ласковой, как колыбельная.
Я засыпала впервые за долгие часы спокойно.
…А проснулась полностью выспавшейся. Всё ещё на его груди. Неш спал тоже, обнимая меня так крепко, будто я была самым дорогим, что у него есть.
Я осторожно приподнялась, стараясь выпутаться из его рук, будто выбиралась из слишком тёплого, уютного кокона. Не хотелось тревожить, но оставаться так тоже было неловко.
Я почти выбралась, когда вдруг его пальцы шевельнулись, и глубокий, хрипловатый голос прозвучал у самого моего уха: — Доброе утро, маленькая Сора.
Я вздрогнула и выпрямилась. — Доброе… и спасибо. Я… выспалась.
Он приоткрыл один глаз, посмотрел на меня с какой-то ленивой довольной улыбкой. — Я рад, что помог. Могу делать это хоть каждую ночь.
— Неш! — возмутилась я, чувствуя, как уши предательски заливает жар.
Он театрально пожал плечами и приподнялся на локте. — Что? Я же просто спал рядом. Ничего такого.
И от этой его невинной ухмылки мне стало ещё хуже — потому что я помнила, как хорошо и спокойно было в его объятиях.
Я поспешно пригладила волосы, поправила платье и направилась в ритуальную комнату. В голове стучала одна мысль: Свет, только не сейчас.
Но, шагнув в зал, я застыла. За окнами давно уже не утро. Судя по яркому свету и жаре, было ближе к полудню.
— О, боги… — выдохнула я. — Там ведь уже, наверное, очередь под дверью.
Но тело само понесло меня к алтарю. Ритуал важнее. Даже если за дверью стучат десятки людей. Даже если я только что проснулась в объятиях мужчины. Даже если за это мне… должно прилететь.
Я разложила свечи, вытянула руки над белым камнем алтаря и запела молитву. Голос дрожал. Вспомнилось, как я спала, уткнувшись носом в грудь Неша. Вспомнилось, как его рука держала меня, не отпуская. Вспомнилось, что я не сопротивлялась.
Свет этого не простит.
Я ждала наказания. Острого удара в сердце, жгучей боли, того самого ледяного ощущения, будто тебя разрывают изнутри.
Но… ничего не произошло.
Световые нити мягко разошлись по комнате, наполнив пространство привычным сиянием. Алтарь засиял ровно и спокойно. Молитва завершилась так же, как всегда. Без малейшей тени осуждения.
Я стояла, тяжело дыша, и смотрела на свои руки. — Что?.. — прошептала я. — Этого не может быть…
Вместо боли я чувствовала только тепло. Лёгкость. Словно всё сделано правильно.
Почему?
Я шагнула назад и оперлась о колонну, пытаясь осознать происходящее. Но ответа не было. Свет не осудил меня.
И это пугало больше всего.
Стук в дверь заставил меня вздрогнуть. Я резко обернулась — и, конечно, там стоял Неш. Всё такой же спокойный, как всегда, будто сам факт его присутствия уже был ответом на любой вопрос.
— Ты как? — тихо спросил он.
Я сглотнула, сжимая пальцы в замок. — Не знаю… — честно призналась.
Он прищурился, чуть наклонив голову. — Что-то случилось?
— Да. То есть… нет. — Я покачала головой, чувствуя, как в груди растёт странное волнение. — Ничего не случилось… в этом и проблема.
Бровь Неша чуть приподнялась. — Хм. Видимо, всё же работает.
Я нахмурилась. — Что работает?
— Я же влил в тебя тьму, чтобы ты уснула, — спокойно напомнил он, будто говорил о самом обычном. — Видимо, её остатки до сих пор сбивают с толку свет.