Глава 33
Неш вернулся с руками, полными склянок, мешочков. Он аккуратно разложил всё на столе, и я вдруг ощутила — сейчас всё по-настоящему. Это не игра, не слова в порыве страсти. Они правда решили провести ритуал. Страшно было даже представить, какие будут последствия…
— Встань, — сказал он тихо. — Здесь.
Я послушно подошла к центру комнаты. Пол был чист, но Неш меловыми линиями быстро начертил круг, обвёл его узорами, а в четырёх точках поставил свечи. Черные, с тонким красным пламенем. В их свете стены будто дрогнули.
— Боишься? — Макс встал рядом, его тёплая рука коснулась моей.
— Да, — прошептала я. — Но не настолько, чтобы остановиться.
Он усмехнулся, и в его взгляде мелькнула гордость.
Неш достал исписанный листок. Интересно, он подготовил его только что, или заранее планировал провести этот ритуал? Он прочёл что-то на старом языке, и воздух вокруг будто сгустился. — Мы будем связаны. Ты, я и он, — он кивнул на Макса. — Светлое и тёмное сплетутся в одно. Если хоть один из нас передумает, сейчас самое время сказать.
— Я не передумаю, — отрезал дракон. Его голос прозвучал низко и опасно.
— Нет… — сказала я, и услышала, как дрожит собственный голос.
Неш кивнул, высыпал из мешочка серый порошок прямо мне под ноги. Он загорелся мягким светом, и круг вспыхнул, будто живой.
— Дай руку, — он протянул ладонь. Я вложила свою. Макс сделал то же самое.
Наши руки сомкнулись в центре круга.
— Повтори за мной, — сказал Неш. Его голос стал торжественным, почти колокольным. — «Я принимаю тьму и свет, чтобы стать единым».
— Я принимаю тьму и свет, чтобы стать единым, — прошептала я, и по коже пробежал холодок.
Макс повторил слова, его голос вибрировал в груди, будто гул колокола. Неш — последним.
В тот миг свечи загорелись ярче. Пламя вытянулось вверх, переплелось и образовало над нашими головами что-то вроде огненного венца.
— Теперь клятва, — продолжил Неш. — Каждый из нас говорит правду сердца.
Макс наклонился ближе, его губы почти коснулись моего уха. — Я клянусь оберегать тебя, малышка. Даже если мир рухнет, ты будешь моей первой и последней заботой.
Сердце моё стучало, как сумасшедшее.
Неш смотрел прямо в мои глаза. — Я клянусь делить с тобой тьму и свет. Твои радости и муки станут моими. Я никогда не оставлю тебя одну.
И настала моя очередь. Я чуть не задохнулась, но произнесла: — Я клянусь быть с вами. В свете и в тьме. Пока живо моё сердце.
Слова упали в воздух, и круг вспыхнул белым, потом чёрным светом сразу, сливаясь в единый серебристый.
Я почувствовала, как нечто проходит через наши руки, соединяя нас. Жар, холод, дрожь, и вдруг — наполненность. Как будто внутри меня всегда было пустое место, и теперь оно заполнилось.
Макс выдохнул, его глаза загорелись янтарём, и он прижал мои пальцы крепче. — Теперь ты наша жена.
— И мы твои мужья, — добавил Неш.
Пламя свечей рванулось вверх и погасло, оставив комнату в полумраке. Круг ещё миг светился, а потом исчез.
Я стояла между ними, трясясь от переполняющих эмоций. Это было не похоже ни на одну молитву, ни на один ритуал света. Но впервые в жизни я чувствовала себя не одинокой.
Макс наклонился и поцеловал мои губы жадно, собственнически. — Моя Сора…
— Наша красавица, — мягко сказал Неш и коснулся моих волос.
Их слова обжигали. Страшно. Сладко. Безвозвратно.
Макс поднял меня так легко, будто я совсем ничего не весила. Я вздрогнула, вцепилась в его шею и зашептала:
— Что ты делаешь?
Его глаза сверкнули янтарём в полутьме, губы тронула хищная усмешка. — Уношу свою жену в спальню.
— Макс… — голос дрогнул, и я не узнала сама себя. — Что?
Он наклонился так близко, что горячее дыхание коснулось моего уха. — Ритуал надо завершить. Пока мы не скрепим союз физически, метка на твоем чудесном теле не появится.
Сердце заколотилось в груди, словно птица, бьющаяся о прутья клетки. Я в ужасе понимала, что он говорит о брачном союзе — о консумации брака. С двумя сразу!
— Я… я не готова, — выдохнула я, чувствуя, как горят щёки.
Он остановился посреди коридора, посмотрел прямо в глаза и мягко улыбнулся, совсем не так, как обычно. — Не бойся, малышка. Я не причиню тебе боли. Никогда.
— Но… — упрямо прикусила губу. — Мне страшно.
Макс прижал меня к себе крепче, его ладонь легла мне на затылок, будто защищая. — Я знаю. И это нормально. Любая женщина боялась бы. Но ты — не любая. Ты — наша Сора.