– Завяжи волосы.
Хотя на ней была рубашка, она чувствовала себя непристойно выставленной напоказ. Впрочем, они в его тайной комнате. Тут он сделал ее своей женой. Без свидетелей, без оглашения, без клятв. Просто заявил это и взял ее силой. Как и бывает у пиратов да разбойников. Теперь она ничем не лучше нордэрдской Анжелики. Но, в отличие от северной принцессы, Мадлен не ждал в ее замке верный как пёс рассудительный король Ричард. Ей суждено выйти замуж за отвратительного де Фрога. И одним богам известно, придется ли ему по душе факт отсутствия девственности у будущей жены. Фрэнк, судя по рассказам Рэя – тот еще извращенец. Но о таких людях Эдель говорила однозначно: что они не требуют от любовниц, втрое сильнее требуют от жены.
Она проклинала Рэя, презирала, но безнравственно думала, что это ей подходит. Где-то в сундуках лежал документ с печатями, утверждающий ее обручение с Фрэнком де Фрогом. Тогда, в Монтэрре, после весеннего праздника, под бдительным оком лорда Уля, при ледяном молчании бабушки Меринды, она в беспросветном отчаянии подписала контракт.
Теперь она с презрением разорвала его. Никто не пытался избавить ее от беды. Ни бабушка, ни сестра, ни даже преданный как пес Тэдор. Все они подчинились решению лорда Уля, бросили на произвол судьбы, пока ее не захватил этот пиратствующий эльф.
"С этой ночи ваша защита – дело моей чести", – сказал он.
Мадлен тоже позволила ему рассматривать ее, пока вытирала голову полотенцем и завязывала волосы. Если она распутная, свободная, недобрая шлюха, слишком ученая, чтобы быть скромной, если она никогда уже не получит любимого человека… ну что ж, тогда вместо него она возьмет себе этого прекрасного, жестокого темного эльфа, будет читать его книги, учиться его хитростям и жить с ним как на душу придется.
Рэй открыл сундук, достал сложенную одежду, встряхнул ее.
– Наденьте.
Мадлен взяла длинное алое домашнее платье, расшитое по подолу и у ворота синими звёздными знаками. Рукава ей были слишком длинны, подол лежал на полу возле ее ног. Видимо, это его одежда. Но зато сухая. Повернувшись к нему спиной, Мадлен с некоторыми усилиями освободилась под просторным платьем от влажной рубашки, отшвырнула ее ногой и посмотрела на Рэя. Он прикладывал кусок холста к плечу и сердито разглядывал следы ее зубов. Можно подумать, он никогда не был ранен.
– Думаете, останется шрам? – спросила она с легким злорадством.
– На мне шрамов не остается. – Рэй улыбнулся, как бы извиняясь. Действительно, тело его было безупречно. Кожа на груди, лице и руках не имела ни одного изъяна. Только на плече образовался черно-синий кровоподтек. Рэй снова промокнул ранку и зашипел.
– Оставьте, – сказала Мадлен.
– Жжет.
– Конечно, раз вы ее постоянно трогаете, как дитя малое. Давайте наложим травяной компресс, чтобы избавиться от синяка, – предложила она.
– Травяной компресс, – насмешливо повторил он.
– Никогда о таком не слышали? Полагаю, среди ваших научных трактатов нет книг о лекарственных травах.
– Нет. Предпочитаю обременять свой ум лишь тайной мудростью, а не ведьмиными заморочками. Но довольно скорбеть о моих боевых ранах. Не желаете получить более приятное удовольствие? – Рэй открыл серебряную шкатулку, инкрустированную эмалью и сверкающими синими камнями.
Мадлен заглянула внутрь, ожидая увидеть драгоценности или что-нибудь в этом роде, но там лежали разноцветные прозрачные шарики. Поскольку она колебалась, он взял целую горсть и положил несколько штук в рот.
– Конфеты Центральские, – сказал он, поднося руку к ее губам. Мадлен облизнула губы, ощутив вкус кориандра и специй, горький и сладкий одновременно. Особый товар, который везут по всей Эстэрре из Милагро, – объяснил эльф. – А там разгружают крылолёт.
– Да. Моя сестра очень скучала по ним.
– Бедняжка. Отсутствие сладостей разбивает ей сердце, не так ли?
– Она часто вспоминала про них. И никогда не вспоминала про вас, – ответила Мадлен с тем же намерением, с каким вонзала в него зубы.
Но эта стрела, похоже, не достигла цели.
– Конечно. Она была слишком рада от меня избавиться. Ревнуете, что я когда-то любил ее?
– Нет!
– Увы, – беспечно сказал он, – я никогда не смогу завоевать сердце дамы.
– Мое сердце вы едва ли сможете завоевать с вашими представлениями об учтивости.
– О, мой неизящный любовный разговор! – опечалился эльф. – Умоляю вас о прощении, глубокоуважаемая и послушная жена.
– Я не клялась повиноваться вам.
– Нет. Я не доверяю клятвам. Их легко дают и легко нарушают. Я не собираюсь ежеминутно повелевать вами. Но когда я потребую, чтобы вы мне подчинились, вы это сделаете.
Он говорил с такой беспощадной уверенностью, что Мадлен не могла возразить, не показавшись слабой или капризной. Она лишь оглядела маленькую комнату.
– Боги! – мрачно сказала она. – Должно быть, я уже на полпути к обталищу Злого Бога.
– Скучно, там пустынное место, – ответил Рсйвен, пропуская оскорбление мимо ушей. – Я сам так же себя чувствовал, когда меня изгнали сюда. Но мы не задержимся на этом острове.
Мадлен резко обернулась и с удивлением уставилась на него.
– Вас приговорили жить здесь?
– А вы считали, что я сам такой извращенец, что приехал жить на маленьком острове? Где невозможно вырастить еду и достать пресную воду? Вы назвали меня изгоем, и это отвратительная правда. Меня объявили преступником.
– Но если вы занялись пиратством, как еще вас назвать?
– Меня изгнали за то, кем являюсь, а не за то, что я сделал. И если я граблю торговые корабли де Фрога, это не разбой, а правосудие.
– Все это, – Мадлен обвела рукой лежавшее вокруг богатство, – только с кораблей де Фрога?
– Ваша провинция достигла больших успехов в торговле, принцесса.
Она искоса посмотрела на эльфа.
– Этот замок построили вы?
– Стены и башни. Разрушенный фундамент уже был здесь. Остался, видимо, от предыдущего изгоя.
– А странный черный камень, восхитительные портики, шамсмаденская плитка, фрески в ваших комнатах?
– Я заказал камень с Граничных гор. Портики, комнаты, моя лаборатория, кабинет и… и некоторые другие вещи… построены мной.
– И мосты?
Эльф улыбнулся:
– Нет, мосты древние, как и огромная скульптура на утесе.
– Любопытное изгнание! Не верю, что вы грабили только де Фрога.
– Представьте, у меня есть друзья. Иногда они делают мне подарки в ответ на… скажем, избавление от грабежей в море.
– Прекрасное соглашение! От ваших грабежей, я полагаю?
– Как вам нравится меня оскорблять! – Брови у него обиженно поднялись. – Не можете поверить, что я оказываю своим друзьям честные услуги и защищаю от Алой, например, Короны? Кстати, не пойму, куда он запропастился. Уже полгода как о нем ни слуху, ни духу. Так дело пойдёт, мне и зарабатывать не на ком будет. Есть еще многим известный Сорро, но говаривают, и эта тварь отправилась за Край в поисках смысла жизни. Скучные настают времена.
– Не сомневаюсь, что вы служите друзьям так же честно, как служили мне, – процедила Мадлен.
Он пожал плечами.
– Всё изменится, когда мы вернемся в Милагро.
– Не упаси Единый, я предпочту и дальше жить в изгнании.
– На этом пустынном острове?
– Здесь не так уж неуютно. Ваш замок, открытое море. – К своему удивлению, Мадлен поняла, что действительно так считает. – Правда, жарковато.
– Нет, вы забыли свежий воздух родного дома. Перевалы Милагро защищены, но ветер приносит с севера прохладу. Горы закрывают озеро, поэтому вода зимой теплая, а летом освежающая. Лучший климат в Инселерде.