— Ну, об этом я еще не думала, — произнесла Зои.
— Вы должны видеть Аурокса, чтобы укрепить его силы стихиями? — спросил Калона.
— На самом деле, нет, — ответила Зои. — Это будет сложнее, и я не знаю, сколько мы сможем продержаться, но нам не обязательно видеть кого-то, чтобы направить ему наши стихии.
— Полагаю, ответ кроется в защитном заклинании, — медленно произнесла Танатос, рассуждая вслух. — Окружим здание Майо. Я открою круг, произнесу заклинание и свяжу его солью. Зои, поскольку Дух — центр круга, центр нашего круга должен находиться в сердце здания.
— Вестибюль Майо огромен. Там есть бар и ресторан, — вставила Афродита. — Хорошая еда, довольно-таки приличная винная карта, а еще там темно и романтично.
— Мне должно быть это интересно, потому что? — спросила Зои.
— Потому что мы с тобой сможем сидеть там где-нибудь в углу. Я буду потягивать шампанское. Ты будешь читать скучный огромный учебник, хотя на самом деле ты зажжешь маленькую, менее очевидную версию фиолетовой свечи и будешь насыщать нашего рогатого парня стихиями.
— Где будем мы? — спросил Старк, выглядя не таким уж счастливым.
— Снаружи, смотреть за кучкой-вонючкой, чтобы какой-нибудь уличный безумец не наткнулся на, к примеру, Голубую Королеву Дэмьена, и не заставил его закричать, выронить свечу и все испортить, — отрезала Афродита.
— Я не выроню свою свечу, — вставил Дэмьен.
— А что если он будет отвратительно вонять, и ты решишь, что у него вши? — спросила Афродита.
— Фууу, — произнес Дэмьен и вздрогнул.
— Вот и я о чем, — сказала Афродита.
— Аурокс, ты сможешь это сделать? — спросила Зои.
Он встретился с ней взглядом и, не колеблясь ни секунды, ответил:
— Да. Я смогу это сделать. Я сделаю это. До тех пор пока вы сможете укреплять меня стихиями, — Аурокс замолчал, но не смог сдержать улыбку чистой радости. — Меня! Я больше, чем зверь. Я больше, чем Тьма. — Он отвернулся от Зои и повернулся к Танатос. — Вы сказали, что у меня есть выбор. Я выбираю Свет и путь Богини.
Танатос улыбнулась ему в ответ: — Да, дитя. Да, Я верю, что он есть у тебя. А еще верю, что Никс услышала тебя.
— Ладно, он сказал это достаточно громко, чтобы Богиня его услышала, — сказала Стиви Рей, хотя тоже улыбалась ему.
Однако Зои не улыбалась. Она повернулась к Калоне.
— Ты, правда, сможешь поймать Бабушку? Это звучит странно и очень страшно. То есть, Аурокс собирается сбросить ее с крыши Майо.
Калона расправил крылья. Они окружили группу и достигли потолка подвала. Во время драки раны бессмертного открылись, и кровь свободно стекала по его телу. Аурокс подумал, что он похож на мстящего бога.
— Я поймаю ее, и как только она окажется в моих объятиях, Сильвия Редберд будет в полной безопасности.
Зои кивнула:
— Я рассчитываю на это. Ну ладно, значит, это и есть наш план.
Двадцать первая глава.
Зои
Ожидать, пока наступят сумерки, было сущим адом. Держать свой рот на замке, пока остальные, живущие под вокзалом, недолетки, не спеша просыпались и сонно шаркали вокруг, копались, ели хлопья и болтали о школе, домашних заданиях и прочей чепухе, которая совершенно не касалась спасения Бабушки, заставляло мой желудок сжиматься до размера горошины, а голову раскалываться на части.
И еще, конечно, добавить ко всему тот факт, что Аурокс притаился в Башне №1, скрываясь и ожидая, пока мы не вернемся, чтобы забрать его, прежде чем начнем весь наш план круга-по-спасению-Бабушки, потому что, как сказала Афродита: «Мы не можем позволить, чтобы кто-нибудь его увидел. Если Неферет получит хоть одно крошечное сообщение о том, что наш рогатый парень сунулся обратно в Дом Ночи, и мы не вздернули его как следует, ну, тогда можно смело на нем нарисовать гигантскую мишень, а Бабушку назвать трупом».
Так что, да, у меня была жуткая головная боль и я пыталась справиться с серьезным синдромом разреженного кишечника.
— Выпей колу, — посоветовал Старк, отодвигая стул рядом со мной, пока я сидела за одним из кухонных столов.
— Уже выпила, — ответила я.
— Выпей еще, — он прильнул ко мне, поцеловал в щеку и прошептал: — Ты трясешь ногой как ненормальная, и окружающие смотрят на тебя, словно уверены, что ты сейчас взорвешься.
— Я могу. — Я уткнулась в него носом, используя это как повод, чтобы прошептать ему ответ.
— Графа Шокулу, Зет? — с преувеличенным оживлением спросила Стиви Рей.
— Не голод… — начала я, но на полуслове была прервана Афродитой.
— Ей бы не мешала целая тарелка. Завтрак — наиважнейшая часть дневного питания.
— Ты вообще никогда не завтракаешь, — нахмурившись на нее сказала я.
В насмешливом тосте Афродита отсалютовала мне наполовину пустым бокалом шампанского:
— Я предпочитаю питьевой завтрак, и делаю это каждый день. Апельсиновый сок это пища для мозгов.
— А шампанское — убийца клеток мозга, — сообщила Шайлин с забитым ртом, полным Лаки Чармс.
— Мне нравится думать об этом, как о способе которым Богиня устанавливает равные возможности. Задумайтесь на минуту, как до абсурда я буду гораздо умнее, чем все вы вместе взятые, если я не буду так много пить.
— Мне кажется, в твоей логике есть изъян, — сказал Демьен.
— А мне кажется, что твои волосы твой изъян. Неужели это я вижу пример раннего мужского облысения?
Демьен ахнул.
Я вздохнула.
— Не будь такой поганкой, — сказала Стиви Рей Афродите и протянула мне миску с хлопьями.
— Кстати о поганках, пояс у этих кошмарных ковбойских джинсов, которые на тебе сегодня, задран так высоко, что вряд ли пройдет тест на наркотики, — язвительно заметила Афродита, доливая себе мимозу.
— Мне кажется, Стиви Рей выглядит мило, — сказала Шайлин.
— Ну конечно тебе кажется. А завтра ты, наверное, наденешь два разных ботинка, потому что это как раз в твоем утонченном вкусе.
Я пыталась есть, пока мои друзья пререкались, а Старк оставался рядом со мной, держа руку на моем колене и периодически успокаивающе его пожимая.
Мой разум никак не мог успокоиться. Ладно, я понимала, почему мы должны были ждать до захода солнца, чтобы отправиться в Майо. Два из пяти моих олицетворений стихий вспыхнут ярким пламенем, как только выйдут наружу под солнечный свет. И это даже не считая Старка, который тоже превратится в хрустящую корочку. Я даже понимала, что нам придется пойти на первый урок в школу, который вела Танатос. Она собиралась разбить нас на группы и поручить нам разные задания, чтобы подготовить школу ко дню открытых дверей в субботу. Удобно то, что задания, которые она дала тем из нас, кто собирался спасти Бабушку, будут за пределами кампуса. Так что, надеюсь, Эрин, Даллас и кто-либо другой, кто может случайно или намеренно войти в контакт с Неферет, не догадаются о том, что мы собирались делать, и даже о том, что мы знали об исчезновении бабушки.
И что было самым невыносимым, это ждать, особенно пока ребята, которые не участвовали в нашем плане, ничего не знали о том, что случилось, бесцельно бродили вокруг и целую вечность собирались, чтобы загрузиться в автобус.
Аурокс притаился в башне на крыше этого здания. Бабушка была заточена в клетку, созданную из Тьмы. Трудно было делать вид, словно ничего не происходит. Мне хотелось расхаживать туда-сюда. Мне хотелось кричать. Черт, мне реально хотелось по чему-нибудь врезать. Или кому-нибудь. Ну, Неферет сто процентов. Но мне не хотелось разрыдаться, и я подумала, что это хороший знак.
Когда мои хлопья, как и мое терпение, почти закончились, в кухню, словно фейерверк, влетела Крамиша. Ну ладно, может быть просто ее одежда выглядела как фейерверк: ее желтая юбка-баллон, фиолетовый свитер с вышитой на груди серебристой эмблемой пятой ступени — колесницей Никс и тянущимся за ней звездным следом, и ее красные лакированные полусапожки, почти в точности повторяющие цвет ее алого парика боб-каре.