– Сделаем все путем. У нас, правда, отпуск не предусмотрен, но поскольку контракт Кодамы заключен только со мной, то я смогу заменить нескольких бойцов под предлогом, что их контракт со мной закончен и ты мне нужен, чтобы навербовать новых хороших солдат. Так что отпуск на недельку я тебе обеспечу. Только учти, это возможно лишь при условии, что здесь у нас все будет отлажено и выверено с нулевыми допусками, система должна сама работать без сучка-задоринки – тогда мы сможем отлучиться. И заметь, ты должен благодарить меня за то, что я тебя сдал в аренду именно балларанам. Потому что из-за антипатии к землянам они не горят желанием близкого знакомства, а нам ведь это только на руку, не так ли?
Колония, скрытая под пластами скальных пород, жила по стандартному для балларан распорядку двадцатичасового дня, независимо от суточного цикла Чоданги, который составлял сорок пять балларанских часов с хвостиком. Дежурства состояли из семичасовой дневной вахты в шахте, при полном вооружении и экипировке, исключая бесполезные против животных силовые щиты. Скука сплошная, да еще и постоянный шум шахтерского оборудования, тележки с породой снуют туда-сюда... Сам Леонид, как командир, эти вахты не нес, но предпочитал находиться поблизости, постоянно проверяя, как андроиды справляются со службой. Также ему приходилось вместе с Кассом участвовать в совещаниях с Ваэртой и вместе с ним же вести обучение солдат некоторым премудростям ратного дела в космическом и иных непривычных для земного воина пространствах. Точнее, единственным реально обучаемым бойцом был он сам, а роботы, к счастью, парни очень покладистые и терпеливые, фразу вроде 'да мы и так все это знаем' никто из них не сказал.
Ночные вахты заключались в том, что бойцы 'дрыхли' без задних ног, или, точнее, имитировали сон, в специально отведенных для этого местах, расположенных так, чтобы шум ссоры не остался неуслышанным. Периодически совершались обходы – просто на всякий случай.
На одном из совещаний Леонид обратил внимание Ваэрты, что маршруты патрулирования не проходят по некоторым помещениям и там гоблины вполне могли бы устроить сведение счетов без помех.
Лидер службы безопасности только отмахнулся:
– Вы не понимаете. Коорны не склонны к сведению счетов, дуэлям и тому подобному. Они очень хорошо знают, что этого нельзя делать. Драки у них происходят спонтанно, из-за вспыльчивой натуры, в моменты, когда импульсивная злость перевешивает желание вести себя согласно нашим наставлениям. Если два коорна доходят до такого состояния, чтобы нарушить запреты, то они бросаются друг на друга тот час же, в слепой и бездумной ярости.
За три дня с того момента, как балларанское подразделение покинуло колонию и планету, драки случались дважды, и каждый раз от дежурного не требовалось разнимать дерущихся: гневного окрика было достаточно, чтобы драчуны, виновато кланяясь и пятясь, убирались по своим местам с глаз 'бога' долой.
– Хороший результат, – заметил Ваэрта по этому поводу, – на шесть тысяч коорнов мужского пола менее одной драки в сутки. Когда патрульных было меньше, драки случались чаще, особенно в секторах, где драчуны не боялись шумом привлечь внимание дежурного.
Гоблины жили в отдельных помещениях казарменного типа целыми семьями, устраивая себе подобия гнезд. И хотя от них требовалось пользоваться кроватями, самые умные быстро догадались сдвигать кровати по нескольку вместе, и уже на них устраивать себе привычные подстилки, не нарушая требований хозяев.
На одной из летучек Леонид обратил внимание руководства, что коорны живут в сильной тесноте. На стенном экране сразу же появилась Лаш:
– Это их естественный образ жизни, командир, и естественная среда обитания. Именно так они и живут в пещерах своего родного мира. У нас есть пустующие жилые блоки, но если расселять коорнов, они будут чувствовать дискомфорт. Дома они так защищаются от хищников: на забравшегося в пещеру зверя набрасываются всем скопом. Ваша забота о тех, кто ниже вас на лестнице эволюции, делает вам честь, но пора уже понять, что здесь коорны живут, образно выражаясь, в 'раю на земле'. Дома они нуждались в выходе на поверхность за пропитанием – тут им даже не надо покидать безопасные жилища. Хватит уже видеть в нас злобных эксплуататоров.