Спустя минут 20 в пути мы подъехали к многоэтажному дому, в котором Махир успел снять квартиру. Это было похоже на него. Он всегда выжимал по максимуму из небольшого количества времени. Когда мы зашли к нему в квартиру, мы уселись на диване в гостиной и я понимала что разговор будет непростой.
—Выкладывай давай. Я уже ко всему готов. — сказал он, присев в кресло, которое стоило напротив и облокотился локтями в колени.
Тут я начала свой рассказ с самого начала. Рассказала обо всех письмах, о нападении, о том, как Мурад меня защищал, обо всем что было. Я рассказывала и не боялась, что он осудит меня, что разозлится, что накажет или еще что-то. Потому что доверяла и знала, что он всегда будет мне опорой и защитой. Он всегда защищал меня от издевок одноклассников, от ругани родителей. Всегда видел во мне толк. Верил в меня. А для меня жизненно важно было видеть его одобрение. И нет. Это желание не было чем-то нездоровым как сейчас принято считать. Он, в отличие от общества, чьего одобрения обычно пытаются добиться, не осудил бы меня за неудачу. Когда он уехал в другой город, мне очень не хватало его. И один Аллах знает, с каким нетерпением я ждала праздничные дни. Не из-за праздника. Нет. Из-за понимания того, что Махир может приехать. Сейчас я рассказывала ему обо всем, веря, в то, что, даже если у него не получится полностью решить эту ситуацию, то он по крайней мере будет рядом со мной. Не оставит одну.
Во время своего рассказа, я замечала, как Махир менялся в лице. И скажу честно, если бы я не знала, что меня он не тронет, я бы спряталась от него куда подальше.
—…вот, а потом ты приехал и что было дальше сам знаешь. — закончила я свое непростое повествование.
Махир какое-то время не отводил взгляда с одной точки и в один момент встал и со всей силы пнул кофейный столик стоявший, между нами. Да так пнул, что он отлетел метра на два от нас.
—Фатима! — возмутился он. — ты хоть понимаешь, что с тобой могло произойти? А если бы та псина пристрелила тебя? А если бы Закир сегодня с тобой что-то сделал? Ты хоть отдаёшь себе отчет? Что бы мы делали тогда, а? Ты хотела убийцу из меня сделать? Разве ты не знаешь, что я не оставил бы в живых никого, кто причастен к этому? Ты – дочь своего отца, сестра двух братьев, а защитить и ответить за тебя оказалось некому. Вот что про нас бы потом сказали. Ладно, я еще могу понять то, что ты родителям ничего не сказала. Они – люди в возрасте. Я и сам бы им не рассказал ничего. Но как ты могла от меня это утаить? Я думал, мы не в тех отношениях чтобы скрывать, что-то друг от друга. Ты ведь всегда все самое сокровенное мне доверяла, что изменилось, м?
Я не учла одного. Махир не прощал несправедливости в мой адрес даже мне самой.
—Ты душа моей души, Махир. Моя кровь, отрада для моих глаз. И ты и Эмир – самый ценный подарок от Всевышнего для меня. От мелкого пареза пальца одного из вас у меня сердце разрывается на куски. Поэтому и не рассказала. Окажись кто-то из вас перед дулом пистолета Закира, что бы я делала. Не дай Аллах, что бы я потом матери сказала?
—А мы что отцу бы сказали? Ты же единственный свет для него в этом мире. Наша защита – не твоего ума дело, Фатима! Ты вверена нам не только родителями. Ты вверена нам самим Аллахом. Наша обязанность защищать тебя, даже от косого взгляда прохожего, не говоря уже о том, что произошло. Мы отправили тебя сюда с верой, что ты ничего не скроешь от нас. Как так-то?!
—Махир, я понимаю, что зря не рассказала вам об этом. Но и ты меня пойми. Я была напугана и не знала, что мне делать. Да и происходило все одно за другим. Не успевала я оправиться от одного происшествия, как наступало следующее. Как расскажешь такое? Одно дело ты сейчас передо мной и видишь все именно так как оно есть. А если я по телефону такое бы рассказала? Вы бы поняли ситуацию именно так как она обстоит на данный момент?
—Да, ты права. Наша вина здесь есть. За три года никто из нас даже не приехал к тебе. Не посмотрел, как ты. Каждый был занят своими делами и успокоен твоей самостоятельностью, что даже не задумался о подобном.