—Ваша честь, на записи с камеры видеонаблюдения, которая стояла у подъезда Мурада, видно как он выходит из своего дома в черной кожаной куртке. Я не буду отрицать. Он действительно в тот вечер был в ней. Но пошел он в тот день ни к Корнеенко, а ко мне. Когда я вернулась из университета, Мурад ждал меня возле общежития. — в этот момент загудели представители диаспоры, которые тоже сидели в зале. Я предвидела такую реакцию, поэтому сразу уточнила — но и в общежитие он не заходил. — все замолчали и ждали продолжение моего рассказа.
—Мы вышли к ближайшему парку и обсудили с ним некоторые моменты касающиеся обострившейся опасности со стороны Закира. За разговором мы не заметили, как прошло время, и я не успела вернуться в общежитие до его закрытия. Поэтому всю ночь мы просидели на качелях что стояли через дорогу. Было холодно поэтому он отдал мне свою куртку, а когда уходил забыл забрать ее у меня. По камере с видеонаблюдения которая стояла на той улице видно, что в момент убийства он был со мной. А что касается куртки, то она и заключение из лаборатории, подтверждающие ее принадлежность Мураду, прилагаются к записям с камер.
Пакет с доказательствами передали судье.
—Если это все, то можете вернуться на свое место. — сказал мне судья.
Пока я шла к своему месту я спиной чувствовала взгляд Мурада. По всему телу бегали мурашки. Я еще никогда его таким не видела. В какой-то момент я даже была рада что сейчас за решеткой, иначе один Аллах знает, что бы он сделал. Он никогда на меня так не смотрел. Я не знала куда исчезнуть от прицела его глаз, в которых горел самый настоящий огонь.
Суд удаляется на совещание с присяжными. Многие люди стали со своих мест. Семья Мурада подошла к нему и вела разговоры о чем-то. В их лицах я увидела надежду. Чистую. Невинную. Мои мысли были о происходящем на совещании. Они должны отпустить его. Они не могут поступить иначе. По-другому и быть не может. Он сегодня выйдет из суда свободным и счастливыми.
Я посмотрела перед собой и увидела приближающуюся ко мне тетю Маизу и поспешила встать в знак уважения, но она положила руку мне на плечо, не давая сделать этого, и села рядом.
—Фатима. Ты подарила нам всем надежду. Ты поступила очень мужественно. Спасибо тебе.
—Не нужно благодарить меня, тетя Маиза. Надежду дает лишь Аллах. А я сделала то, что должна была, по-другому и быть не могло. Отныне я не позволю никому пострадать от сострадания ко мне
— Фатима, дочка, что ты имеешь ввиду?
—Ничего тетя Маиза, не берите в голову, проходите присаживайтесь. Суд с присяжными скоро вернутся с решением. Ин ша Аллах, оно будет в пользу правды.
—Ин ша Аллах, дочка.
Проходит минут сорок, и секретарь объявляет о завершении собрания с присяжными. Все разошлись по своим местам, и судья зашел в зал. Все с нетерпением ждали решения суда.
—В результате предъявленных доказательств и проведенного совещания с присяжными. Суд принял решение признать Гасанова Мурада Тимуровича невиновным и освободить из-под стражи в зале суда. Дело объявляю закрытым. Все свободны. — завершил судья, ударив молотком.
Для него это были рядовые слова, которые он произносил регулярно, но для меня и семьи Мурада эти слова были на столько судьбоносными и в то же время исцеляющими что наша радость не умещалась в нас самих.
Мурада отпустили к семье. Каждый хотел обнять Мурада и поздравить его, только его взгляд не отпускал мой. Я с противоположного угла зала смотрела на него и пытались прочитать его эмоции. Я не могла понять, что он испытывает. Радость, злость, может быть даже спокойствие будто его судят каждый день. Но важно было лишь одно. Он теперь на свободе. Теперь все будет хорошо. Мои глаза не удержали слез. Они одна за другой катились по моим щекам. Он это увидел. Я знаю. Он приближался ко мне.
Я понимала, что не выдержу разговора с ним, что не смогу, глядя ему в лицо сказать, что больше не появлюсь в его жизни, не смогу попрощаться с ним. Я взяла за локоть Махира и тихо произнесла:
—Поехали домой, брат.
—Поехали. — сказал он, не задавая мне лишних вопросов, и тут же потянул меня к выходу.
Мы вышли из здания суда и подошли к машине. Позади себя я слышала, как он звал меня. Я не обернулась. Мы быстро сели в машину и уехали. В зеркале заднего вида я видела, как он смотрел вслед машине. Я же откинула голову и бесшумно дала волю слезам.