—Я потерял её. — произнес я, обреченно закрыв глаза.
—Мурад, давай смотреть правде в глаза. Вы, ведь, даже в отношениях не были. Она ничего не обещала тебе. Ваш разговор в КПЗ может быть простым порывом эмоций в такую непростую на тот момент для вас двоих ситуацию.
—Я не мог так ошибиться. Не мог. — продолжал я как в бреду
—Хотя и с другой стороны. Ваши отношения довольно стабильно развивались. И тут она резко отстраняется от тебя. Как будто бы тут есть место для внешнего фактора. — предположил Хамид.
Я распахнул глаза и посмотрел на него. Я не до конца понимал смысл его слов, но чувствовал эту суть в воздухе.
—Что ты имеешь ввиду?
—Быть может что-то или кто-то повлиял на неё. Я не утверждаю, что именно так и было. Но, вполне вероятно. — пояснил он.
—Кто это может быть?
—Откуда мне знать, Мурад? Я не всевидящее око. Это просто одна из теорий. Может так и было, а может она действительно этого Казбека полюбила. Я не её личный дневник. И не надо на меня так смотреть, Мурад. Нравится тебе это или нет, но именно он сейчас в роли её жениха, а не ты. Уж извини за прямоту.
—Хамид…
—Мурад…бери отпуск и езжай домой. —приказным тоном произнес он. — только умойся для начала.
Хамид встал и ушел в другую комнату. А я остался со своими мыслями. Так не может продолжаться. Он прав. Мне нужен отпуск. Мне нужно переждать эту бурю внутри себя в каком-то другом месте. Там, где я ее не увижу.
На следующий день я уже выходил из больницы с подписанным заявлением на отпуск. Так внезапно отлучаться, конечно, не очень хорошо. Но тем не менее начальство пошло мне на уступки. Надеюсь поможет. Я отдохну и приду в себя. И больше никогда не вернусь к этой теме. Это её выбор и её жизнь. Она САМА так захотела.
Через пару часов я уже был у калитки своего дома. Подходя к дому, я уже слышал детский смех моих племянников. В окнах мелькали тени моих родителей. По груди появилось тепло. Да…Это место, определенно, принесет мне пользу. Я подошел к двери и постучал. Дверь открыла невестка.
—Брат Мурад? — удивленно произнесла она, пропуская меня в дом.
—Здравствуй, Залина! — поздоровался я, снимая обувь. — все дома?
—Дочка, кто там пришел? — спросила мама, выйдя ко мне на встречу. — сынок?
—Мама…—произнес я, прежде чем прижать ее к себе. — мама моя.
—Мурад, что произошло? —шепотом спросила она.
Я не ответил на её вопрос и, отойдя от нее, отвел взгляд от нее в сторону пакетов с гостинцами которые привез.
—Залина, я там сладостей купил разных—обратился я к невестке.
—Пусть Аллах воздаст благом, брат. Я тогда на кухню отнесу, накрою.
Я кивнул и взглядом проводил её до кухни.
—Мурад, ты плохо выглядишь. —заметила мама
—Я просто устал вот и всё. — ответил я.
—Дядя Мурааад!!! — с визгом восторга ко мне подбежали дети моего брата, ангелы этого дома, продолжение и надежда нашего рода.
—Хееей, партизаны! Ахмед, Милана! — произнес я, подхватив Милану на руки. — вы скучали по мне, а?
—Дааа! —хором произнесли они
—Дядя, Мурад— начала моя шестилетняя племянница.
—Я весь во внимании, принцесса.
—Я сказала Ахмеду, что когда вырасту, то стану доктором как ты.
—Ты очень хорошо сказала, как только ты подрастешь, мы с тобой будем вместе лечить больных. Только не много времени нужно и все.
—Вот и я ему так сказала.
—А он что? — спросил я, покосившись на старшего племянника.
—Он сказал, что купленных у цыган, в больницу не пускают! — тут я еле сдержала смех, чтобы не обидеть племянницу.
—А мы ему укол поставим большой и болючий. — сказал я, опустив Милану— а ну-ка принеси дяде шприц.
Ахмед, услышав о перспективе стать жертвой медицинской ОПГ, рванул с места. Вслед за ним побежала Милана.
—Отец и братья в зале? — спросил я, повернувшись к маме
Она кивнула и пропустила меня в гостиную.
Я зашел в зал. Отец и братья поприветствовали меня с большой любовью и уважением. Некоторое время мы просидели за обсуждением сломанной машины отца, которую они с братом уже несколько дней пытаются починить, работы моего старшего брата, моей работы в больнице. Мне было приятно общаться с ними. Я жалею, что так редко приезжал сюда. Но как бы мне хорошо с ними не было, тяжесть внутри меня не желала отпускать. Она мешала мне наслаждаться домом. Как бы я не пытался перевести все свои мысли домой, в семью, меня все равно с еще большей силой отбрасывало назад. Туда, где остались мое сердце и мои мысли.
Мы переместились на кухню, попили чай, просидели так еще какое-то время, и я поднялся к себе в комнату. Выполнив ночную молитву, я лег спать, старательно отгоняя навязчивые мысли.