— Потому что они сказали, что «барона» я не заслужил, — пошутил Ян, но в этот раз голос его звучал иначе, нежели при разговоре с Генри и всеми остальными. Создавалось впечатление, что он и впрямь не желает конфликта с этим человеком. — Здравствуйте, лорд Люциус.
И едва уловимо кивнул куда-то в сторону.
Эмили очаровательно улыбнулась и плавно кивнула в знак приветствия. Помня наставления перед приёмом, она правильно истолковала намёк Яна.
— Прошу прощения, джентльмены, я вынуждена покинуть ваше прекрасное общество. Хочу осмотреться.
Отчасти, это было продиктовано желанием самой Эмили — кто бы мог подумать, что она, простая южноамериканская девчонка, когда-нибудь окажется на балу у британской королевской семьи? Гранбретанской, но не важно.
В дальней части парка она нашла оранжерею с самыми разными цветами, что источали дивный аромат.
Успела выпить ещё пару бокалов шампанского, познакомиться с парочкой «сэров» и «лордов», которые, выразив свое восхищение, тут же уносились куда-то дальше — засыпать комплиментами других дам, и, вроде бы, разок приметить Матильду, чью разбитую физиономию очень плохо скрывал тройной слой пудры и яркая красная помада.
Вдруг со ступеней, ведущих в недра дворца, взревели трубы, и герольд зычным голосом проорал:
— Приветствуйте Её Императорское Высочество принцессу Эмилию!
Принцесса вышла на крыльцо в сопровождении не менее чем десятка гвардейцев. Она была невысокой, маленькой и издалека могла сойти за совсем ещё девочку. На серебристых волосах лежала корона из пары сотен бриллиантов, а белое платье оказалось расшито бусинами с эссенцией, как символ богатства королевской семьи и одновременно — магической силы самой принцессы.
Все присутствующие, не сговариваясь, склонились в глубоком поклоне. Вместе с другими поклонилась и Эмили, а когда приветствие закончилось, она, посчитав, что прошло достаточно времени, пошла искать единственного своего знакомого.
Ян нашелся там же, где и был, допивая уже неизвестно какой по счёту бокал шампанского.
— Я смотрю, что ты вновь в одиночестве.
— Ага, — как-то тоскливо вздохнул Ян. Его лицо было обращено к принцессе, но глаза что-то высматривали в толпе. — Я так давно не ходил на подобные приёмы, что забыл, какая это скукота. Даже Люциус докапывался до меня в три раза меньше обычного, а он из тех людей, кого хлебом не корми, дай сказать гадость любому недостаточно, по его мнению, благородному. Все такие приличные, аж противно. Вот скажи мне, Эмили… — он уставился на спутницу с каким-то очень нездоровым интересом. — Вот что бы ты сделала, чтобы тут стало хоть чуточку веселей?
— Напилась, — честно ответила Эмили, — и устроила дебош. Да такой, чтобы меня отсюда толпой выкидывали. Не знаю как остальным, а мне бы было очень весело.
Ян искренне рассмеялся, но покачал головой:
— Хорошая идея. Жаль, что это будет слишком грубо.
И тут же вновь состроил грустную мордочку.
— Хочешь уйти отсюда? — предположила Эмили.
— Не хочу, — так же тоскливо отозвался он. — Давай ещё немного выпьем этого отличного шампанского за государственный счёт.
Он подал девушке один из оставшихся бокалов и слегка кивнул на отдыхающих дам и господ.
А там в самом деле происходило что-то очень интересное.
Очередная сиятельная леди, держа вилочку двумя пальцами, попыталась подцепить из фондюшницы небольшую закуску, но вместо этого на вилке оказалась крыса, облезлая и мерзкая, истекая сырным соусом, аки бледной слизью.
Как она визжала!
Её соседка сразу смекнула ситуацию и упала в обморок на руки не слишком решительного кавалера.
Накормленная крысой истерически взмахнула вилкой, и чудное блюдо полетело через два ряда, едва не растеклось по пиджаку солидного джентльмена, но тот взмахнул рукой, и крыса, изменив траекторию, унеслась обратно.
Почему-то ни у кого не хватало воображения просто отойти, позволив крысе шмякнуться на землю, то там, то тут вспыхивали щиты и заклятия... пока диковинный снаряд не осел на причёске принцессы Эмилии. Её Высочество удивлённо подняла глаза, пытаясь разглядеть, что же с ней приключилось.
Ян залпом допил бокал:
— А вот теперь — валим!
Уже привычно схватил Эмили за руку и потащил не к воротам — к какой-то запасной калитке, а позади продолжали разрываться крики. Девушка прикладывала неимоверные усилия, чтобы не заржать в голос: перестрелка дохлой крысой, перекошенные лица уважаемых людей — всё это было настолько забавно, что под конец она не выдержала и звонко рассмеялась.