— Вы вчера уезжали?
— Видите ли, я член ассоциации радиолюбителей, — не без гордости объявил Шип. — Вчера у нас в Брэдфорде было собрание. Я выехал еще в половине девятого, так как по дороге хотел заехать к знакомым...
— Ничего особенного перед отъездом не заметили?
— Если бы я заранее знал, что произойдет убийство... А так... Тут еще, знаете, эта сенсация со спутником. И, кроме того, кто-то побывал у меня в гараже...
— Вчера утром?
— Ну да, вчера. А вот утром или ночью — не знаю. Подхожу — господи! Ворота распахнуты — и, что самое удивительное, машина стоит целехонькая!
Это сообщение так заинтересовало Муна, что он тотчас же послал Нисона проверить все на месте.
Гараж Шипа находился не на улице Ван-Стратена, а был пристроен к дому со стороны Кладбищенской улицы. Чтобы не ходить кругом, домовладелец проделал специальный ход с лестницы дома.
Не довольствуясь имеющимся светом, Нисон включил яркий карманный фонарик и дюйм за дюймом оглядел рифленый металлический пол гаража. Никаких следов. Потом принялся за ворота. Вместо замка на них виднелся сложнейший агрегат.
— Напрасно стараетесь. Ворота не тронуты. И открыть их снаружи никто не может. Собственное изобретение, — гордо сообщил Шип и принялся рассказывать что-то о частотах и реле.
— В таком случае остается предположить, что в гараж проникли через дверь. Она с вечера была закрыта?
— А как же!
— Может быть, закрыта, но не на замок? Это иногда случается.
Шип пожал плечами.
— Вообще-то, сознаюсь, я в тот вечер немного принял, но не так, чтобы...
— Хорошо. Замок снимите, я отвезу его исследовать, — возможно, что к нему подобрали отмычку.
Вернувшись в управление, Нисон прошел прямо в лабораторию «А» — помещение, где имелось все, начиная с рентгена и кончая электронным микроскопом. Царапин на замке не было обнаружено. Результат исследования передали в кабинет Муну, в то время как он допрашивал следующего свидетеля.
Миссис Колумб, жившая этажом ниже, утверждала, что слышала наверху ссору. Судя по голосам, ссорились мужчина и женщина. Но самого главного — выстрела — она так и не слыхала. Тут крылось какое-то противоречие, и Мун вот уж полчаса бился, пытаясь разобраться, в чем дело. Но чем настойчивее он был, тем больше терялась свидетельница. С появлением Нисона инспектор прервал допрос — и ему и Миссис Колумб необходимо было передохнуть.
— Так как же все-таки? Ссору слышали, а выстрел нет? — возобновил допрос Мун, прочитав заключение лаборатории.
Женщина молчала.
— А душ? — пришло вдруг в голову Дейли. — Если слышали ссору, то должны были слышать, как плещет вода...
— Должна, должна... Я, что ли, убийца, за что вы меня терзаете?! Ничего я не слышала, оставьте меня в покое! — истерически взвизгнула наконец миссис Колумб и заплакала.
— Ну успокойтесь. Мы же только хотим выяснить это дело. Поймите, мучая вас, мы и сами мучаемся.
Женщина утерла слезы.
— Простите, с той поры, как муж погиб в Корее, мои нервы совсем сдали. Вскакиваю по ночам, бог знает что видится... Возможно, что никакой ссоры не было и все это мне только показалось...
Неожиданно дверь в кабинет распахнулась.
На вошедшем были элегантные короткие брючки, пестрая рубаха и галстук с извивающейся анакондой. Видно было, что прошедшую ночь он не спал, а утром даже не побрился.
— Где Майра? Где вы ее нашли? — закричал он еще с порога.
— Это тот, что вчера выходил на лестницу, — шепнул Нисон.
— Присаживайтесь! Какая Майра?
— Моя жена, понятно. Вы же из-за нее меня вызвали? — и он кинул на стол бумажку. — Вот, черным по белому «Мистеру Г. Ф. Хичпокеру... В комнату 102, к инспектору Муну». Я и есть Хичпокер.
— Все верно. А я и есть инспектор Мун. Но мы вызвали вас как свидете...
— Инспектор, разрешите-ка мне, — шепнул Дейли, у которого еще вчера, когда он слушал сообщение Нисона, родилось кое-какое подозрение.
— Ваша жена была знакома со Смитом?
— С каким еще Смитом? Не знаю такого...
— Вы делаете вид, что незнакомы с вашим ближайшим соседом, и еще хотите, чтобы мы в это поверили?
— Плевать мне на то, верите вы или нет. Где моя жена, я вас спрашиваю?
— Минуточку терпения. Прежде всего расскажите, когда она исчезла?
— Вчера. С утра. Когда по радио передали насчет спутника, Майра сказала... Ну, начала восхищаться этими проклятыми азиатами. Я ее пытался образумить. А она стояла на своем. Если эти вшивые русские запустили какую-то штуку, так надо чуть не шапку перед ними снимать. Так у нее получилось. Ну, и сколько можно было это слушать? Словом, я... влепил ей хорошую оплеуху. Вы-то меня поймете...