Ко всем этим внутренним расположениям души, которых требует святыня храма, надо прибавить и благовидную внешность, простоту и приличие в одежде. К чему эти наряды пышные в доме молитвы и плача? Разве вы собираетесь в храм для того, чтобы отвлечь от Иисуса Христа взоры и умиление поклоняющихся Ему? Поругаться ли приходите святыне Тайн, тщась уловить и развратить сердца даже у подножия алтаря, на котором эти Тайны приносятся? Ужели хотите, чтобы никакое на земле место, даже самый храм — убежище веры и благочестия — не мог защитить невинности от стыдной и любострастной наготы вашей? Еще ли мало свет имеет для вас зрелищ, мало собраний веселых, где вы тщеславитесь быть камнем преткновения для ближних ваших? Надобно ли и в этом осквернять святыню храма своим бесчинием?
Ах! Если вы, вступая в чертоги царя, благоприличием и важностью одеяния являете почтение, которым обязаны величеству царского присутствия, Владыке ли неба и земли предстанете без страха, без благоприличия, без целомудрия? Вы смущаете верных, которые надеялись здесь найти мирное убежище от всех суетных предметов; нарушаете благоговение и служителей алтаря непристойностью убранств ваших, оскорбляя непорочность взоров, углубленных в небесная (избр. слова Массильона, т. 2, стр. 182).
Но не один час в церкви надо посвятить Богу, а весь день воскресный. День Господень есть день покоя. В этот день ты должен оставить все твои обыкновенные занятия; тело твое должно отдохнуть, а дух собраться с новыми силами. Отдохнув, ты бодрее и прилежнее снова примешься за работу. Дай отдохнуть и домашним твоим. Ты должен успокоиться от всего, исключая добрые дела. Всегда спеши на помощь туда, куда зовет тебя крайняя нужда ближнего твоего; благодеяние — самое прекрасное Богослужение.
Оставив свои недельные занятия, возьми божественную книгу и читай про себя назидательные рассказы, или пусть кто-нибудь вслух читает Священное Писание, а остальные внимательно слушают. Таким образом, воскресный день действительно будет днем Господним, то есть посвященным Господу. Эти благочестивые беседы тебя развеселят. Ты сделаешься лучшим человеком, больше найдешь утешения в день несчастия, благоразумнее будешь поступать в часы веселые, и о Боге всегда будешь вспоминать с большей радостью.
Но это, однако же, не значит, чтобы ты в воскресенье постоянно занимался благочестивыми размышлениями, оставив все наслаждения и увеселения. Нет, человек имеет известную меру сил. Иди и веселись, но только тогда беги увеселений, когда они превращаются в буйство, дают повод к ссорам, ведут к греху и соблазну.
А вот тебе и примеры из Священного Предания, как Бог наказывает тех людей, которые не почитают праздничные дни.
Некоторая бедная женщина в праздник святителя и чудотворца Николая, глубоко почитаемого всеми православными, во время обедни работала в своей хижине, когда все добрые христиане молились в церкви. За то и постигло ее наказание Божие. Во время ее занятий вдруг являются к ней святые страстотерпцы Борис и Глеб и грозно говорят: «Зачем работаешь в праздник святителя Николая! Разве не знаешь, как гневается Господь на тех, которые не чтут святых угодников Его?»
Жена обмерла от страха, и через некоторое время, придя в чувство, увидела себя лежащей среди внезапно распавшейся хижины. Таким образом, бедность ее увеличилась бездомностью и тяжкой болезнью, которая продолжалась целый месяц. Но этим не ограничилось еще ее наказание. Во время болезни высохла ее рука, которая три года была неисцелима и не давала ей приняться за работу. Молва о чудесах, совершающихся при мощах святых Бориса и Глеба, воодушевила ее надеждой на исцеление; твердо решив не работать в праздники, она пошла к чудотворным мощам и получила исцеление (Чет. Мин., 2 мая).
В близком соседстве жили двое портных, хорошо знакомых друг с другом. Один из них имел большое семейство: жену, детей, престарелого отца и мать; но был благочестив, ходил ежедневно к божественной службе, веруя, что после усердной молитвы всякая работа пойдет успешнее. В праздник он никогда не принимался за работу. И действительно, труды его всегда были вознаграждаемы, и хотя он не славился искусством в своем ремесле, жил не только достаточно, но имел еще избыток.
Между тем, другой портной не имел семейства, был очень искусен в своем деле, трудился гораздо более своего соседа, сидел за работой и в воскресенье, и в другие праздничные дни, и в часы праздничного богослужения сидел за своим шитьем, так что про церковь Божию у него и помину не было; однако же усиленные труды его не были успешны и едва-едва доставляли ему насущный хлеб. Однажды, побуждаемый завистью, этот портной говорит своему благочестивому соседу: «Как это ты обогатился от своих трудов, тогда как и трудишься меньше, и семейство имеешь больше, чем я. Для меня это непонятно и даже подозрительно!..» Добрый сосед знал о неблагочестии своего соседа и, жалея его, решился воспользоваться настоящим случаем для его вразумления.