Это было он. Свободный, в полной мере осознающий себя, живущий настоящим моментом, чувствующий тонкий смысл, который не понять разумом, готовый посмотреть в глаза.
Где же настоящий – он
Лучше поспи, Лиза
Сегодня будет прекрасный день
Я скучал по тебе
Он уже собрался было положить телефон и лечь обратно, но вдруг дописал:
Я постараюсь лишний раз не жертвовать собой
Игорь и сам не знал, что хотел донести последним сообщением, но, видимо, так было надо.
Да, этот день будет прекрасен. Можно даже и не спать больше.
Каким бы удивительным ни был сон, реальность важнее, эта жизнь важнее. Теперь всё будет хорошо, я знаю, что теперь не буду одинок. И зачем только знать, что там скрывается, в этой сингулярности, чёрт бы её побрал? Тем более это лишь сон.
Он понимал, что спать – не нужно сейчас. Он знал, что надо лишь себя пересилить – пойти, например, покормить кота и выпить кофе, – и всё будет как надо. Стоит ли смотреть в глаза бездны? Не стоит. Опасно для жизни.
Но он всё не вставал.
Игорь говорил это себе снова и снова, смотря на бело-серый потолок, на паутину в углу, в которой неподвижно сидел паук – спал, наверное. Он повторял эти слова как молитву, а веки тяжелели. Он закрывал глаза и снова открывал, с каждой минутой всё хуже различая, что реальнее – потолок или Чёрная дыра, скрывающаяся где-то там, за ним.
Паук с паутиной исчезли – казалось, что в углу теперь мерцал сенсорный экран, по которому бегали чьи-то ловкие пальцы. Кот перестал звать. За окном гудели то ли автомобили, то ли задыхающиеся двигатели космического корабля.
Внезапно в сознании, как проблеск, возникла мысль, что в следующий раз вернуться будет ещё тяжелее. Но мысль исчезла – резко её сменили другие, сматывающиеся в тяжёлый клубок.
Кашель. Мне не нравится этот кашель… надо сходить к врачу. Лиза точно заставит… не пропаду… и как я жил без неё два года?..
И в полубессознательном состоянии он улыбнулся.
Всё будет хорошо… интересно, куда делся её Лёша? И стоит ли спрашивать? Ещё надо с Мишей поговорить… хороший человек… почему я так мало с ним говорил… всё будет хорошо… с другой стороны, это лишь сон… Тезей, Дэвид, Чёрная дыра… интересно… всё-таки интересно, что она скрывает… когда ещё удастся заглянуть… это лишь сон господи что может случиться посмотрю его… впечатления для моего романа полезно всё не зря… всё будет хорошо это всего лишь сон… всё будет.
Потолок исчез.
– Эй, не спать! Уже скоро мы с тобой узнаем, что стряслось с нашим спутником связи по ту сторону жизни! – крикнул ему Дэвид и потрепал по плечу. Игорь сидел справа от него, оба – в белых скафандрах.
Прямо как мой папа тогда… когда прилетел, подумал Игорь и взглянул на приборную панель, которая всё чаще гасла от возрастающей гравитации. Всё-таки они уже внутри Чёрной дыры и назад дороги нет. Он взглянул на панорамное окно перед панелью. Тьма. Но что-то в углу… паутина? Он моргнул – ничего нет.
– До катапультирования тридцать секунд! – весело кричал Дэвид, как будто смерть – это праздник.
А почему бездна обязательно должна быть злом?
Игорь думал, что там, где сингулярность, – ответ на все его вопросы. Едва ли смерть может быть этим ответом. Он улыбнулся и сказал Дэвиду:
– Думаю, самое время прощаться.
– Надеюсь, не навсегда! – засмеялся тот. – Вот увидишь, не навсегда!
Свет погас. Через несколько секунд ожила только панель управления. И этого должно хватить.
– Господа, пора, – произнёс Тезей. – Вы очень смелые люди, впечатляет.
– Прощай, Тезей! – отозвался пилот и положил ладонь на рычаг катапульты. Игорь последовал его примеру.
– Мне будет не хватать наших философских бесед, Игорь.
– И мне! Но, возможно…
– Нет, невозможно. Их больше не будет. Ничего больше не будет. И вы это знаете. Игорь, мне жаль, но ты сделал не тот выбор. А он у тебя был. Действительно был. Что ж, прощай!
– Что… зараза, а ты всё-таки субъективен! – смеясь, прокричал тот. Но уже совсем скоро ему стало не до смеха.
– Поехали! – Дэвид кивнул ему, и они одновременно активировали катапульту.
В следующий миг «Эндимион» остался где-то позади, ещё был слышен скрежет ломающегося остова корабля, но и он быстро исчез.