— А сколько здесь живёт людей?
— Без понятия, — хмыкнула Ника. — Но явно много.
В центре сада раскинуло ветви большое древо с листьями, сверкающими на солнце — казалось, свет скользит по ним, даже не касаясь.
— Прекрасно… — Лена глубоко вдохнула свежий, лёгкий, будто наполненный жизнью воздух. Ей захотелось просто остаться в этом месте и послушать его.
— Ты не против, если мы тут просто поваляемся?
— Как скажешь, — пожала плечами Ника. — Как раз потренируюсь извергать огонь из пальцев. Я ведь так до конца и не научилась — только искры были. Не знаю, зачем я вообще это мистеру Бернсу ляпнула!
Они устроились на небольшой поляне напротив дерева. Ника села чуть подальше, чтобы сосредоточиться, а Лена просто легла на траву, закрыв глаза.
Шелест листвы, щебет птиц, лёгкий ветер — всё сливалось в гармоничный хор природы. Лена медленно поглаживала траву руками, а сердце наполнялось тихой благодарностью. Она просто слушала мир.
Пока вдруг кто-то не коснулся её руки.
Лена резко подскочила, едва не вскрикнув, но тут же успокоилась — рядом с ней стоял ворон.
Самый обычный, чёрный, как в её мире… разве что клюв у него был с едва заметным серебристым отливом.
— Привет… — тихо сказала Лена. — Ты кто?
Ворон склонил голову набок, будто отвечая ей.
Она почти не дышала, заворожённо глядя в его чёрные глаза. Он не казался опасным. Он просто… интересовался ею.
Лена медленно протянула левую руку. Ворон посмотрел на неё внимательно, и своим гладким клювом чуть коснулся её пальцев.
Она была в восторге. Конечно, её не боялись животные — она часто кормила бездомных кошек и собак у себя в мире. Но чтобы дикая птица подошла… вот так? Познакомиться?
— Извини, дружок, но я не знаю, чем вы питаетесь в этом мире. Да и у меня ничего с собой нет, — прошептала она.
Ворон взглянул ей в глаза, кивнул… и легко цапнул её за палец, как будто говоря: «Ничего, я просто ради интереса».
Они молча смотрели друг на друга. Пока не раздался голос Ники:
— Ты теперь животных заклинаешь?
Ворон тут же вспорхнул и скрылся в листве.
— Ну вот, спасибо! Я уже почти с ним подружилась, — обиженно сказала Лена. — А ты что, получилось извергнуть огонь из пальцев?
— Прикинь, да! Получилось! Потух, правда, почти сразу, но это был настоящий огонь! До этого вообще ничего не выходило. А тут как будто... потоки энергии другие.
***
Солнце клонилось к горизонту, окрашивая небо над Азарином в мягкое золото. Лена и Ника неторопливо возвращались домой — их шаги звучали в унисон, будто повторяя ритм спокойного, насыщенного дня.
— Знаешь, — сказала Лена, глядя вперёд, — я сегодня как будто стала на шаг ближе к себе. Тут и правда неплохо. Просто нужно время, чтобы адаптироваться.
Ника усмехнулась. В её глазах сверкнуло что-то тёплое.
— Ты права. Хороший день. Не идеальный. Но — правильный.
Когда они подошли к своему «Гнезду», Лена вдруг замедлила шаг. У их двери стоял Арвин. Как обычно — с иголочки одетый в дорогой, изысканный костюм, с безупречно уложенными волосами. Но на этот раз в его лице не было ни надменности, ни показной уверенности. Только сдержанное напряжение и — неожиданно — волнение.
Ника фыркнула, но Лена подняла ладонь, останавливая её.
— Дай мне пару минут.
— Далеко не уйду, — демонстративно громко произнесла подруга и, всё ещё бросая косые взгляды, зашла внутрь так, чтобы видеть их обоих сквозь приоткрытую дверь.
Арвин посмотрел на Лену. Выдержал паузу. Опустил взгляд, потом снова встретился с её глазами — спокойно, без вызова.
— Я был неправ. Очень. Вчера я был… — он замялся, подбирая слово, — отвратителен. Даже для самого себя. У меня… сложные отношения с переселенцами. Особенно с теми, кто пришёл из твоего мира. Это не оправдание, но… меня воспитывали иначе. Если бы моя мать узнала, что я так себя повёл… — он замолчал на секунду, сжал губы. — Лена, прости. В тот момент я потерял самообладание. Он говорил сбивчиво, пытаясь подобрать слова. —Ты не заслужила ни того тона, ни того обращения. Прости. — Его голос дрогнул, едва заметно.
Лена молчала несколько секунд. Она чувствовала — он говорит искренне. Но всё равно оставался тем самым высокомерным идиотом, который вчера издевался над ней.
— Я хочу, чтобы ты понял вот что, — сказала она холодно, почти ледяным голосом. — Не трогай меня. Не трогай моих друзей. И не подходи, если не уверен, что умеешь говорить как человек. Я здесь не за эмоциями и не за перепалками. Я пришла учиться. Понял?
Арвин кивнул.