Иллария, напротив, словно осознав угрозу, резко изменила своё поведение. Она перестала быть заметной и громкой, стала подозрительно тихой и постоянно старалась подлизаться к Сайле, видимо пытаясь вернуть её расположение и поддержку.
Всё шло своим чередом.
***
Столовая Академии, как всегда в этот утренний час, была наполнена мягким гулом голосов, звоном приборов и ароматом горячей выпечки с нотками местного кофе.
Лена сидела с чашкой насыщенного, ароматного напитка в руках, обхватив её обеими ладонями, словно надеялась согреть не только пальцы, но и мысли. Рядом сидел Тео с книгой и сосредоточенным лицом. А слева от неё, привалившись к спинке, зевала Ника, небрежно жуя булку.
— Что за тяга к знаниям с утра пораньше? — пробормотала Ника, подавляя очередной зевок.
Тео поднял глаза, мельком посмотрел на неё и усмехнулся — так, по-своему, будто это было продолжением спорного тезиса из учебника.
— Скоро предварительные экзамены. Вам, бездельницам… особенно тебе, — он кивнул в сторону Ники, — я бы всё же советовал не пренебрегать повторением программы.
— Я вообще-то планирую выйти замуж ещё до конца учебного года, — невозмутимо протянула Ника с театральной серьёзностью.
— Похоже, не ты одна, — тихо бросил Тео с сарказмом, даже не отрываясь от страницы.
Лена резко стукнула его кулаком в плечо. Не сильно, но ощутимо.
— Ещё одно слово... — шипнула она.
Тео хмыкнул, но в его глазах всё равно мелькнула едва заметная тень. Казалось, он смирился с «переменами» в их компании — или, по крайней мере, старался так выглядеть. Во всяком случае, он никогда не проявлял к Лене никаких знаков внимания — и сам был в этом виноват.
— Лен, а ты, кстати, в курсе, что сегодня какой-то необычный урок у Бернса? — внезапно спросила Ника жуя булку.
Лена пожала плечами и сделала глоток кофе. Выражение её лица ясно говорило: абсолютно пофиг. Или почти.
— Не думаю, что Бернс способен придумать что-то по-настоящему «необычное», — усмехнулась Лена, — самое необычное, что он может — это в очередной раз гонять нас кругами по залу, за нарушение дисциплины.
— Предсказуемость — лучшая мужская черта, как по мне, — протянула Ника с лёгкой усмешкой, откусывая ещё один кусочек булки.
Ох, как Лена ошиблась.
***
— Адепты! — проревел профессор Бернс, привлекая внимание всего зала. — Предварительная аттестация уже на носу, а вы все так же бездарны, как и раньше! Чтобы ускорить ваше развитие как элементальных магов, с этого дня и до аттестации у вас будут занятия со старшекурсниками. Всего их будет три. Считайте, что вам соплякам повезло — с вами теперь будут нянчиться сопляки чуть постарше.
Лена закрыла глаза. Сердце пропустило легкий удар. «А действительно ли старшим курсом считаются только четвёртый? Или к ним причисляют и третий? Может, повезёт, и тогда возьму в партнёры Ивана! С ним будет проще сосредоточиться на магии, а не на каких-то… вот этих вот… штуках.»
Она пыталась убедить себя: «Да нет, мне вообще всё равно, на кого выпадет практика.» Но сколько бы Лена ни повторяла эти слова, в глубине души она понимала правду — и всё же старалась себя в это убедить. «Я же тоже маг, я тоже что-то умею, и я здесь тоже учусь, вообще-то», — тихо повторял она про себя.
В этот момент в аудиторию начали заходить студенты. Лена слегка сжала ладони, чувствуя, как напряжение растёт. Она уже всё поняла. Конечно же он будет здесь.
—Как вы поняли, — продолжил Бернс. — Сегодня мы будем работать в парах. Пары я формирую сам. С учетом уровня подготовки и потенциала каждого из вас.
Лена почувствовала, как сердце слегка забилось быстрее — всегда тревожилась, когда кто-то другой выбирал за неё.
Казалось, мистер Бернс называл пары уже три тысячи лет. Один за другим падали фамилии, собирались пары, переглядывались, перешёптывались, а Лена сидела, будто на углях, не шевелясь и не дыша. В животе ворочалось что-то нервное и неприятное.
— Равон. Мельникова.
Сердце ухнуло в пятки, как камень в колодец.
«Ага. Вот и приехали.»
Лена сразу же собралась внутренне:
«Да и плевать мне. Я сюда учиться пришла. Пусть учит меня. Если не научит — всё дерьмо из него выжму. А если совсем бесполезен — буду на каждом углу обвинять в бездарности. Официально. Через прессу. Через комитет. Через крик в окно. Всё равно как.»