— Стихийное пространственное искажение, — как всегда спокойно, почти отстранённо, произнёс Кай. — Она оказалась внутри. Я прорвал контур. Времени уже почти не было.
Бернс застыл.
— Ты… — он понизил голос. — Ты серьезно? Это исключено. Стихийные искажения невозможны на охраняемой территории академии.
Кай ответил тихо, но резко:
— Мне тоже это интересно, профессор.
В этот момент раздался женский голос:
— Кай?!
К нему подбежала та самая девушка, бросилась на шею, обняла, оглядела с ног до головы.
— Ты в порядке?! Что случилось?!
Она бросила короткий, оценивающий взгляд на Лену, но внимания долго не задержала. Кай был важнее.
— Всё хорошо, Дэя, — Кай приобнял её. — Потом расскажу. Пойдём.
Лена наблюдала, как он уводит девушку.
— Мельникова! — Бернс уже был рядом. — Ты в сознании? Говори. Ты можешь идти?
Она едва моргнула, глаза полные слёз.
— Я… в… в порядке. Вроде… — прошептала Лена.
Она попыталась приподняться — и вскрикнула. Острая боль пронзила бедро, будто насквозь.
— Всё ясно, — коротко кивнул Бернс.
К ней уже подбегали друзья, но профессор вскинул руку, жёстко, как приказ:
— Стоять. Только один. Очень Аккуратно.
Арвин оказался ближе всех. Он тут же опустился рядом, взгляд его был на удивление испуганным — без маски, без иронии.
— Лена, ты в порядке? — тихо спросил он. — Я подниму тебя. Осторожно, хорошо?
Она кивнула — еле заметно. Он бережно подхватил её на руки, стараясь не задеть.
Лена со стоном прижалась к нему, уткнувшись лбом в его плечо… и заплакала от боли.
Всей боли.
Глава 12
Медблок Академии был окутан мягким светом. На потолке пульсировали лечебные кристаллы — ровно, неспешно, будто дышали. Свет был не холодный и не тёплый — скорее... нейтральный. Воздух пах тонкими настоями целебных трав, вперемешку с магически очищенным воздухом: почти стерильным.
Лена медленно открыла глаза. Веки были тяжёлыми, голова пульсировала, а всё тело отзывалось тупой, глухой болью — отголоском взрыва. Несколько секунд она просто лежала, уставившись в потолок, пока в голове не начало понемногу проясняться.
— Лена? — раздался рядом тихий голос. Кто-то взял её за руку — осторожно, как будто боялся сделать больно. — Слава богу, проснулась…
Ника. Глаза уставшие, но в голосе — неподдельная радость.
— Хм… вроде да, — прошептала Лена. Голос звучал хрипло, будто не её.
— Да уж… — Ника откинулась на спинку стула, выдохнула. — Ну и напугала ты всех. Пропала на полтора часа, и потом — БАБАХ! Этот чёртов взрыв!
— Сколько меня не было? — глухо переспросила Лена.
— Ну, где-то час — полтора. Мы уже почти панику подняли. Ты же вообще исчезла. Даже следов не было. Зачем ты туда полезла? Что вообще произошло?
Говорила Ника, как всегда — без церемоний, без обиняков, и Лене это даже нравилось. Она не хотела, чтобы вокруг происшествия поднимали лишнюю драму.
Лена вжалась в подушки. В груди коротко толкнуло тревогой. Вспышки. Искажения. Свет. Паника.
Ника смотрела молча. Дала ей время.
— Я… мне просто было лень топать до «Гнезда». — Лена выдала первое, что пришло в голову. — Ну и... я решила сходить в лес. Подумала — туда и обратно, быстро. А потом, кажется, влетела в какую-то пространственную хрень.
— Ты... чего? — Ника приподняла бровь.
— Ну блин, Ника, в нашем мире, знаешь ли, всё куда проще. Мы всегда ищем самый короткий и лёгкий путь. Лес был ближе всего! А я уже просто не могла терпеть!
— Да я давно уже поняла, какие вы, спящие, нравов… — Ника закатила глаза. — Я не об этом. Что, вообще, за пространственная хрень?
— Помнишь, как профессор Уорлок рассказывал про пространственные аномалии? Ну, эти — петли, карманы, стихийные искажения? Кажется, я в одну из них вляпалась.
Глаза Ники округлились:
— На территории академии? Серьёзно? А как ты… Как ты выбралась? Ты получается её взорвала чтоли?
Лена закрыла лицо ладонями.
«Они, похоже, не поняли, кто меня нашёл. Поздно прибежали. Если Кая не заметили — и не надо.»
— Я плохо помню, — тихо сказала она. — Честно. Почти ничего. Можно... просто не сейчас?
— Прости. Конечно. — Ника сразу смягчилась, снизила голос. — Всё ещё выяснится. Главное — ты жива.
— Очнулась? — послышался строгий голос из угла.
Обернувшись, Лена увидела знакомую фигуру местной медсестры, женщины с тяжёлым взглядом и характером каменного истукана.
— Собираться пора. Травма не тяжёлая — дойдёшь сама. Под наблюдением. Домой.
— На, держи, Ленок, — Ника вынула откуда-то сбоку, нечто, напоминающее перекошенную палку-дубину. — У тебя бедро треснуло. Немного похромаешь — это чтобы дойти до комнаты.