— Доброе утро, адепты, — Бодро сказал голос Бернса. — Есть изменения. Старший курс сегодня не присоединяется. Работаем в обычном составе.
Лена… выдохнула.
И на удивление — это было не разочарование. Это было облегчение. Внутри что-то отпустило, как струна, которую перестали натягивать. Как бы сильно она ни чувствовала, ни страдала, она понимала — сейчас близость с Каем ей точно ни к чему. Лучшее, что она может сделать, — это соблюдать дистанцию. Отгородиться.
Даже почему он не пришёл, ей было не так уж и интересно. Просто — спасибо обстоятельствам.
— Профессор Бернс, — раздался голос из угла, — а что случилось? У нас вообще-то экзамены не за горами. Поддержка старших не помешала бы…
Бернс скрестил руки на груди и рыкнул:
— Проверка. Етить его колотить… Весь старший поток вызвали. Пёс их знает зачем. Но это уже не моё дело. Практику я перенёс на следующую неделю. Будете отрабатывать две подряд. Если, конечно, здесь ещё что-нибудь не взорвётся.
Лена без лишних эмоций направилась к своему фонтану в углу зала. Села на колени, расправила плечи и начала привычные упражнения — движения, ставшие почти автоматическими, но именно в этом и был их смысл. Тишина. Поток. Контроль.
С тех пор, как она вышла из медблока, прошла ровно неделя. Вроде бы — вполне достаточно, чтобы прийти в себя. Но для настоящего «исцеления» — всё ещё слишком мало. Весь этот отрезок времени она почти не светилась: появлялась только на лекциях, старалась не смотреть по сторонам и тем более не пересекаться с Каем и его… девушкой. Просто уходила раньше, сидела с краю, делала всё, чтобы остаться в своей раковине.
И, как ни странно, это шло ей на пользу.
Арвин, наоборот, был рядом. Почти всегда. Он не настаивал, не давил, не лез в душу, но всё время оказывался неподалёку. То подносил книгу, то дожидался после лекций, то приносил чашку горячего травяного сбора на перемене. С заботой.
Они не обсуждали, что между ними. Не вешали ярлыков. Иногда гуляли. Иногда — целовались. Иногда просто сидели молча, глядя на воду за Академгородком. Это не было страстью или бурей. Но было чем-то… тёплым.
Лена не спешила. Она просто решила дать ему шанс. И, возможно, дать шанс себе — поверить, что можно выбираться из разбитого по кусочкам состояния не одним только бегством в магию.
И в каком-то смысле — это тоже её лечило. Потихоньку. Без вспышек. Но уверенно.
***
День в Академии прошёл удивительно спокойно. Лекции, обсуждения, привычные маршруты по коридорам и лестницам. Даже профессор Навьер как будто была спокойнее. Воздух был каким-то особенно мягким — будто сама Академия выдохнула после тревог прошлой недели.
Но разговоры… разговоры не смолкали ни на минуту. Особенно с ума сошла женская половина.
В центре всей академической болтовни был, конечно, Представитель Внутренней Комиссии по магической безопасности — Сиан Заир’Эл, прибывший с проверкой.
— Вы видели, как он прошёл мимо столовой?! — зашептала Сайла с благоговейным трепетом, будто делилась откровением. — Эта походка… этот взгляд… хвост… и жилет. Как он вообще умудряется так выглядеть?
— Официально признаю: этот проверяющий — опасно красивый мужчина, — с видом эксперта подтвердила Ника.
Лена тихо усмехнулась:
— Да уж. Ждали трындец, а пришёл… разбиватель сердец. Разделяю ваше восхищение, но, признаться, пока — формально. У меня на них сейчас просто нет сил.
— Интересно, сколько он тут пробудет? — задумалась Ника.
— Хоть бы подольше… — вздохнула Сайла мечтательно. — Говорят, примерно неделю. Если ничего серьёзного не найдут.
— Как думаете, недели хватит, чтобы его соблазнить? — хихикнула Ника.
— Кому-то и пары дней достаточно. А кому-то и трёх месяцев будет мало, — с ухмылкой отозвалась Лена, подколов подругу по поводу её чувств к Бернсу.
— Бе-бе-бе, — фыркнула Ника, скорчив пародийную гримасу.
— Ладно, девчонки, я пошла, — кивнула Лена подругам и свернула в сторону ботанического сада.
Сегодня у неё был день экспериментов. Она решила это ещё с утра — когда только открыла глаза и почувствовала странный, лёгкий импульс под кожей, будто магия внутри неё просыпалась и просилась наружу. Ей нужно было помедитировать. Точнее — попробовать полноценную проекцию. Настоящую. Осознанную. С контролем и возвращением.
После того как Вивик «попросил» её дочитать ту самую книгу, Лена это сделала. Он стал прилетать чаще — не слишком близко, но всегда где-то рядом. Наблюдал. Как будто ждал чего-то. Или проверял.