До этого она проецировалась только в своей комнате. Но там — скучно. Слишком знакомо, слишком ограниченно. Сегодня она выбрала ботанический сад — своё любимое место в Академии. Там, где всё вокруг дышало природой, тишиной и какой-то живой, правильной магией. Она чувствовала: именно там у неё может получиться по-настоящему.
Сад встретил её прохладой и влажным ароматом свежей листвы. Капли света скользили по лепесткам, как живые. Где-то в листве шуршали мелкие птички, порхали невидимые насекомые. Но никто не мешал. Никто и не должен был — в магическом мире если кто-то медитировал, к нему не подходили. Это было почти святое пространство.
Лена нашла место под широким, раскидистым кустом с серебристыми прожилками. Села. Закрыла глаза. Обхватила кольцо пальцами — ободок был прохладным, живым, как будто чувствовал её намерение.
Вдох. Выдох. Погружение.
Сердце стучало всё тише. Ритм становился размеренным, почти медитативным, как если бы он тоже вписывался в окружающее пространство.
Мир вокруг замедлялся — не останавливался, нет, а будто замедлял дыхание вместе с ней. Звуки, ещё мгновение назад привычные и рассеянные, начали уходить вглубь, превращаясь в ровную, успокаивающую ткань. Вода в фонтане, чуть сбоку от неё, капала точно — кап... кап... кап... как метроном. Пространство не исчезало — оно растворялось.
Мир стал... тоньше.
А потом — исчез. И вспыхнул снова.
В состоянии проекции сад выглядел иначе.
Как будто всё осталось тем же, но ожило на каком-то другом уровне. Глубже. Ярче. Листья казались полупрозрачными, подсвеченными изнутри. Цветы шевелились, будто дышали. Воздух дрожал — не от ветра, а от магии, плотной и живой, как ткань, сотканная из света.
Звуки стали мягче, но отчётливее. Каждый шелест, каждый отзвук касался кожи, проходил сквозь мышцы. Пространство чувствовалось не только глазами — телом, интуицией, внутренним чутьём.
Лена шагнула вперёд. Осторожно.
Раз. Два. Устойчиво. Мир не шатался. Сознание не дрожало.
Тишина внутри была живой.
Сначала Лена почувствовала трепет — лёгкий, как дыхание крыльев. Не от себя — извне. Где-то над головой, потом чуть сбоку. Она подняла взгляд. По ту сторону проекции сад был населен... существами. Не телами, не звуками, а светом — будто маленькие ауры, переливчатые, парящие в воздушных потоках. Птички. Их можно было «увидеть» — но скорее почувствовать, как пятнышки тепла, как вибрацию в пространстве. У каждой — своя частота. Трепет, резкость, излом, мягкая дуга. Она почти различала их характеры по этим колебаниям.
Это было как музыка без звука. Или как рой нот, рассыпанный в воздухе. Лена двигалась среди них — медленно, осторожно, будто боясь спугнуть. Один из потоков, тонкий и высокий, коснулся её плеча и соскользнул, как невидимый шелковый шлейф. Это было… чарующе.
Её сердце буквально трепетало от такого открытия.
«Сколько всего скрыто в этом мире... и я могу к этому прикоснуться. Кто-то не может, а я — могу!»
Это осознание обволакивало, будто лёгкое сияние изнутри.
Лена ещё немного побродила по саду, давая себе время привыкнуть к этому состоянию. Почувствовать. Понять. Как ложатся в тело новые связки магических потоков. Как течёт энергия, если не мешать ей, а слушать. Как вибрации растений и воздуха складываются в единую симфонию, если ты достаточно тих — внутри.
Но вдруг — на фоне этой почти невесомой, шепчущей гармонии — появилось что-то другое. Как будто на самой грани, на стыке слышимого и неощутимого, в глубине возникла другая нота. Не светлая. Не злая. Другая. Плотная.
Лена замерла.
Она чувствовала это… но не понимала, откуда. Эта аура не принадлежала ни птицам, ни растениям, ни даже среде. Она выбивалась из общей симфонии, как чужеродный аккорд в идеально выстроенной мелодии. И всё же… не разрушала её. Она просто — была.
Лена не видела образа. Не чувствовала лица. Это точно было не живое существо, просто сгусток энергии. Это было как… отпечаток.
В этой ауре было что-то... притягательное.
Лене не было страшно. Её не отталкивало.
Ощущение было сильным — но непонятным. Она повертелась, вслушалась, будто стараясь уловить источник. Но аура не имела точки.
«Опасности не чувствую. Значит, паниковать не о чём. Просто не могу пока понять, что это. Надо практиковаться. Место потрясающее — здесь у меня и правда лучше получается…»
Она выдохнула. Длинно. Спокойно. И мысленно позвала себя обратно.
Мир начал рассыпаться — дрожать, отдаляться. Глубокие цвета поблекли, формы размазались.