В этом тревожном потоке сон накрыл её тяжело и беспокойно.
Глава 6
Утро было подозрительно лёгким. Несмотря на вчерашний гудёж, похмелье почти не ощущалось — лишь лёгкая тяжесть, которую смыло тёплым душем.
Лена с Никой сидели в столовой. Народу было немного — видимо, многие вернулись домой глубоко за полночь и ещё не проснулись.
Ника плюхнулась рядом, небрежно бросив на поднос тарелку с какими-то булками.
— Зря ты вчера так рано ушла! — сказала она, жуя. — Ты, блин, весь огонь пропустила!
Лена моргнула:
— Прости, Ник. Просто как-то устала... Неделя была такая тяжёлая.
Ника хмыкнула и покачала головой:
— Да уж, теперь-то точно пожалеешь. Только ты ушла, и прикинь, Тео напился. Причём по-настоящему. У него глаза были как у бешеного волка. И — угадай что? — полез драться с Арвином. Причём сам начал! Вот тебе и добряк... В тихом омуте, как говорится. — Тараторила Ника.
Лена резко обернулась:
— Что?
— Ага. Только это была не драка, а... избиение малолетнего. Тео швырнул его об стену, кажется, раза два. Один старшекурсник сказал, что у Арвина теперь синяк от затылка до копчика.
— Боже... — Лена прикрыла рот ладонью. Ей стало и страшно, и почему-то немного стыдно.
Ника наклонилась ближе, зашептав с заговорщическим огоньком в глазах:
— Хорошо, что старшекурсники их разняли. Один — тот, с косичками, похожий на енота, а второй… этот рокер-красавчик. Помнишь?
Холодок прошёлся по позвоночнику. Лена крепче сжала вилку. Представить Тео в такой ярости было… неправдоподобно. Он всегда казался скорее шумным, но безопасным.
— Арвина, говорят, унесли почти без сознания. А Тео... Теперь все на него косятся. Мне, если честно, тоже немного страшно.
— Ох, Ника, брось, — выдавила Лена с напускной лёгкостью. — Сколопендра наверняка получил по заслугам. Ты же знаешь, какой он мудак.
Лена заставила себя улыбнуться.
Они с Никой действительно сблизились — но чем меньше кто-либо будет знать о её вчерашнем «позоре», тем ей будет спокойнее.
Ника доедала уже третью булочку, когда Лена, задумчиво глядя на неё, вдруг спросила с лёгкой улыбкой:
— А ты что? Когда я уходила, ты, вроде, была в самом разгаре увлекательной беседы с каким-то старшекурсником.
Ника прыснула со смеху, чуть не подавившись:
— Ой, не напоминай! Говорит красиво, волосы — как в рекламе шампуня. А вот мозги… — она постучала пальцем по виску. — Как у дуба. Причём засохшего.
— Ну, может, он просто волновался, — примирительно сказала Лена, уже едва сдерживая смех. — Но хоть красивый?
— Красивый. А толку? Нет, всё-таки эти малолетки — не для меня.
— Ника, ты сама малолетка, тебе двадцать.
Обе расхохотались, и на душе стало как-то теплее — легко, по-настоящему.
— Я сейчас в библиотеку пойду, — сказала Лена, допивая сок. — Не хочешь со мной?
— Ты смотри, прямо загорелась учёбой. У тебя либо мозги ещё не расплавились, либо уже окончательно текут, — Ника фыркнула. — Нет уж, я сегодня торжественно ничего не делаю. Ну… может, чуть-чуть попрактикуюсь вызывать огонь. Если не вернусь в комнату — знай: погибла на учебной практике.
— Обязательно напишу балладу, — подыграла Лена.
Они распрощались у выхода, и Лена, закинув сумку за плечо, направилась в сторону библиотеки.
***
Библиотека Академии была похожа не столько на хранилище знаний, сколько на живое существо: высокие своды, каменные арки, лестницы, уходящие в никуда, запах старых страниц, трав и пыли, которую не отмыть даже магией. Здесь не было полной тишины — где-то шелестели страницы, шептались студенты, кто-то аккуратно чихнул в дальнем углу. Это было место, где даже воздух казался насыщенным смыслом.
Лена вошла, невольно задержав дыхание. Она любила книги, но с первого учебного дня всё никак не доходили руки посидеть здесь по-настоящему. Сегодня казалось, что момент как раз подходящий. Душа требовала уединения.
Она прошла между рядами, немного наугад, полагаясь больше на интуицию, чем на навигацию и оказалась где-то в глубине раздела по ментальной магии, между полками, густо уставленными книгами в переплётах от мраморно-серого до болотного зелёного.
— Решила расширить маршруты своих ночных шатаний? — произнёс спокойный, глубокий голос негромко, чуть насмешливо, но без враждебности.
— Что? — Лена опешила. — Я… — Глаза предательски защипало.
— О господи, прости, я не это имел в виду. — Было странно видеть на его непроницаемом лице небольшое смятение. — Тогда в больничном крыле… Это же была ты.