Что-то внутри неё щёлкнуло. Порыв, безумная импульсивность, всё — в одну точку. Её будто тянуло куда-то. Она даже не накинула ничего поверх ночнушки — и босиком выбежала в сад.
— Ну где ты?! — закружилась на месте Лена, шатаясь. Всё плыло перед глазами — звезды, деревья, — но внутри разгоралось странное чувство воодушевления.
— Птенчик… — прошептала она, почти ласково, почти молитвенно.
На другом конце сада что-то мелькнуло — как отражённый свет, как перелив пера или хрусталя. Лена не раздумывая рванула туда, босые ступни шлёпали по влажной траве.
Но…
Пусто.
Ни души. Ни одной птички. Ни тени крыльев. Только сверчки, тяжёлый аромат магнолий и гул крови в ушах.
Она остановилась, потерянно огляделась — и бессильно опустилась на колени, а затем плюхнулась в прохладную траву. Она села, задрав лицо к небу, и смотрела. Смотрела долго. Луна висела над садом, звёзды дрожали в небесах, будто смеялись над ней.
Она провела ладонью по траве, почувствовала, как роса прилипла к коже. Всё было до невозможности реально — и до абсурда сонно.
— Ну всё… Упилась окончательно. Надо идти спать, срочно…
— Пожалуй, — раздался голос из тени.
Лена вздрогнула. В десяти метрах от неё стоял… ну конечно. Кто же ещё, как не ОН.
— Опять ты?! — взвизгнула Лена, вскакивая. Её понесло: — Да сколько можно внезапно возникать рядом, а потом исчезать?! Ты что, специально это делаешь?! Как ты вообще тут оказался?! Что за цирк ты устроил?! Зачем заставил меня врать?! Я ведь всем наврала! ОБЪЯСНЯЙСЯ!
Эмоции выливались, как из сорвавшегося клапана.
— Могу задать тебе тот же вопрос, — спокойно отозвался Кай. — Какими судьбами ты ночью, в одной ночнушке, босиком в саду? Так бежала ко мне, что забыла надеть тапочки?
Лена осеклась. Её лицо моментально вспыхнуло. Она ощутила себя как ребёнок, которого поймали с рукой в банке варенья. Объяснение про Вивика казалось теперь нелепым до абсурда.
Она скрестила руки на груди, прикрываясь, хотя ночнушка была самой обычной, даже непрозрачной.
— Ты… не уходи от ответа. Что за игры? Почему ты рассказал ректору не так, как было? А я… я ведь подыграла тебе. — голос её стал тише, тревожнее. — Зачем, даже не знаю… — пробормотала она, оглядываясь по сторонам.
Кай сделал несколько шагов вперёд. Теперь он был совсем рядом — на расстоянии вытянутой руки. От него пахло чем-то древесным, горьким, с мягкой сладостью в послевкусии — табак, смола, мускус, чуть мёда.
«Чертила…» — подумала Лена. — «Как будто нарочно пришёл соблазнять. Бесит».
Он чуть замер, а потом, тихо, но резко произнёс:
— Лена, ты либо совсем без мозгов, либо отбита напрочь. — Он сказал это без злобы, но как то напряженно. — Прости, если грубо, но если ты думаешь, что попала в мир, где тебя будут облизывать с ног до головы — ты глубоко заблуждаешься. Здесь на тебя всем плевать. И на твои чувства тоже.
Он выдержал паузу и добавил:
— Но прими совет. Даже самые заурядные способности иногда можно использовать — и иногда против тебя. А твои… твои уже слишком выделяются. Тебе повезло, что никто этого не заметил. Кроме меня.
Это был удар. Прямо в грудь. Холодный, безжалостный, отрезвляющий. Как будто кто-то вылил на неё ведро ледяной воды. Пьяный угар мгновенно испарился.
— Всё сказал? — зло бросила Лена, с ненавистью глядя на него. — А теперь… спокойной НОЧИ!
Последнее слово она выкрикнула так, что где-то в кроне деревьев вздрогнули и вспорхнули птицы.
Она резко развернулась, обняла себя руками и пошла прочь, топая босыми ногами.
«Да пошли они все к чёрту», — зло подумала Лена, вытирая глаза тыльной стороной ладони. Всё внутри горело — от вина, от слов Кая, от усталости.
Она сжала кулак — и тут будто обожглась. Палец на левой руке резко кольнуло жаром. девушка прищурилась, глянув на руку. Не особо задумываясь, с небольшим усилием — как будто кольцо немного застряло, — она сняла его и на секунду поднесла к лицу. Поверхность была тёплой, почти горячей. «Утром надену… Наверное, просто жарко», — подумала Лена.
Придя в комнату девушка бросила кольца в тумбочку рядом с кроватью. Металл негромко цокнул о дерево.
Тело было тяжёлым, но в голове всё ещё крутилось. Она легла на кровать поперёк, даже не укрывшись, зажмурилась и тихо пробормотала:
— Я просто… хочу, чтобы всё это остановилось.
Через минуту она уже спала.
Глава 9
Лена проснулась с ощущением тяжести, но не от головы — похмелья не было. Тяжесть лежала глубже, внутри, в стыде и собственной растерянности. Воспоминания о вчерашнем вечере мелькали, как неаккуратно разбросанные куски пазла, которые никак не складывались в цельную картину. «Ну и ну... Что это было?» — подумала она, сильно потерев глаза руками.