- Нет, этого не боюсь, - ответил Белфайр, легко проведя пальцами по моей щеке. – У тебя самая чистая и светлая душа.
Мне захотелось прижаться к нему еще ближе, обнять, вдохнуть терпкий мужской аромат… Я с трудом сдержала себя. Отодвинулась немного, взглянула в окно, незанавешенное шторами. Там, в свете уличного фонаря, белел снег.
- Опять снег пошел…
- Лишь бы не туман, - со вздохом произнес мужчина. – Передышка нам не помешает.
- Я все думаю о той девушке… Лане… Бедняжка осталась совсем одна, без поддержки близких… Это невероятно больно…
- Остается надеяться, что она обрела покой…
- Ты очень переживал, когда остался один в Спринроузе? – осторожно спросила я, снова хватаясь за любую возможность разузнать что-то новое о его жизни.
- Конечно, переживал… Оборотни почти не бывают по одиночке… Мы привыкли держаться вместе, жить в стае. Так уж повелось, так осталось с тех времен, когда оборотней истребляли. Но так уж сложилась жизнь…
- Почему ты не поехал с ними, Белфайр?
- Потому что не заслужил… Моя душа, в отличие от твоей, вовсе не светлая…
- Я не верю, что ты мог сделать что-то плохое.
- Терри… Моя светлая девочка…
Я все же не сдержалась, обняла его, прикрыла глаза, наслаждаясь теплом.
- Ты расскажешь мне? – попросила робко.
- Давай не сейчас… Мне не хочется вспоминать… Я был глупым и заносчивым. Когда все улеглось, я хотел уехать, да и отец звал, но началась война. К счастью, он жив и здоров, я чувствую это, ведь связь между нами нерушима. И надеюсь, что с другими оборотнями тоже все в порядке.
- Ты все время говоришь об отце… А твоя мама?
- Я ее не помню… Она ушла, когда я только родился, вернулась в свою стаю. Вот, что бывает, если принять обычную симпатию за истинную пару. Между родителями не было настоящей любви…
- Но как можно бросить ребенка? – сокрушенно прошептала я.
- Этого я уже не узнаю, - мрачно ответил Белфайр. – В любом случае отец так и остался один. Наверное, боялся, что снова ошибется… А может, просто не встретил настоящую пар. Это нелегко… Помню, он говорил, что это будет, словно взрыв, словно солнце в дождливый холодный день, словно яркая вспышка… Лучше бы про спящее пламя больше рассказал…
Меня переполняли чувства… Это не было жалостью… Мне хотелось поддержать мужчину, подарить ему тепло, убедить, что он не одинок больше.
- Вот разрушим стену, и все будет хорошо… Мы обязательно воссоединимся с теми, кого любим, - тихо сказала я и погладила оборотня по колючей щеке.
- Я надеюсь… - ответил он, и было в его глазах что-то такое, отчего у меня все сжималось внутри. – Иди спать, Терри, уже поздно… А белый волк придет охранять твой сон.
Спать хотелось очень, и даже казалось, что от бессонницы не осталось и следа, и сама вполне смогу замечательно заснуть. Но я все же дождалась Белфайра, так как без него уже было как-то неуютно. Белый волк устроился рядом, поглядел на меня пронзительным взглядом. Мне казалось, он улыбается. С удовольствием запустила пальцы в шелковую шерсть, погладила, обняла… А за окном все валил снег, и даже стекла покрылись морозными узорами. Уже сквозь сон я укрыла Белфайра своим одеялом, чтобы было еще теплее…
Пробуждение вышло странным… Мне снилось что-то необычайно приятное на грани… На грани того, о чем думать было неловко… Проснувшись, поняла, что в постели не одна, хотя волк всегда уходил раньше. Но сейчас моя ладонь покоилась на обнаженной мужской груди… Окончательно придя в себя, обнаружила, что рядом безмятежно спит Белфайр, причем в человеческой ипостаси! Как же я предусмотрительно укрыла его ночью… Он ведь был обнажен, а я бесстыдно прижималась к нему и испытывала… Нет, лучше не думать об этом! выходит, волк ночью обернулся мужчиной…
Я попыталась незаметно вывернуться из крепких мужских объятий, но Белфайр вздохнул во сне, еще сильнее прижал меня к себе, а его губы оказались у моей шеи. Я почувствовала легкий поцелуй, и меня обдало жаром. Как же… Как же с ним хорошо… Но оставлять все так было нельзя. Я еще поерзала, пытаясь освободиться, а мужчина окончательно проснулся, потянулся лениво, открыл глаза… Через секунду в них отразились осознание и паника. Он осмотрелся, а потом вскочил с кровати, сдергивая с меня одеяло и заворачиваясь в него. Я зачем-то обхватила подушку, словно отгораживаясь от него… А, может, от самой себя?
Белфайр стоял, кутаясь в одеяло, и смотрел на меня дикими глазами.
- Терри, прости, пожалуйста! – воскликнул он. – Я не рассчитал.. Уснул крепко и обернулся… Просто вчера много энергии потратил на обращение, нервничал. Прости, это вышло случайно!