– Тали не Ева. Просто очень на нее похожа, – вынес свой вердикт Амрольд.
– Это один человек, поверь мне. И если раньше она могла проделывать все, что ты видел, значит, обучение ее было не мягче, чем в твоей группе. Она выдержит. Для нее это не предел. Поэтому, как только заметишь, что она справляется, увеличивай нагрузку. Тали должна вернуть прежнюю форму.
– Почему ты сразу не поверил Вельду, когда он сказал, что девчонка невиновна в смерти Даэмриля?
– Его вывели из строя в самом начале схватки, поэтому он просто не мог видеть всего, что там произошло, – объяснил Ильрохир. – Кроме того, у него были мотивы защищать Еву. Она нравилась ему. Это даже Даэмриль замечал, недаром исключил Вельда из ее охраны.
– Она и сейчас ему нравится. Вельд единственный в группе относится к ней по-доброму.
– А остальные?
– Кто презирает, а кто и ненавидит.
– Хлоя? – спросил принц.
– Она. Да и Тан тоже.
– Ничего. Быстрее освоится. Научится не расслабляться.
– Ильрохир, зачем ты общаешься с пришлыми?
– Потому что они наши враги, Амрольд. А врага нужно держать близко, чтобы знать, что он задумал. Я не верю их сладким песням про дружбу миров и взаимовыгодное сотрудничество. Выгоду от сотрудничества получат только они, нам же отведут роль колонии, из которой будут выкачивать ресурсы и куда ворвутся жадные до наживы дельцы, разрушающие все на своем пути. Среди них я не встретил ни одного достойного человека. Там были лишь купцы и ростовщики, потирающие руки в предвкушении несметных богатств неизведанной земли. Они уничтожат наш мир своим появлением. И я ищу способ не допустить этого.
– Так прогони их. Феандир сможет разрушить этот демонический портал, через который они к нам пролезают.
– Не могу. Тогда они найдут другого, более сговорчивого представителя. Арвиса, например. Нам на руку их интерес к эльфам. Буду морочить им головы сколько смогу. И потом, они нужны мне сейчас. До тех пор, пока я не сниму заклятие с Селевра. А там боги очнутся и помогут избавиться от пришлых. По крайней мере, я очень надеюсь на это.
– Неужели ты веришь в детскую сказку про заклятье? – состроил гримасу Амрольд.
– Это не сказка. Я понял, что с нашим миром что-то не так, после того как посетил Землю. Разница колоссальная! Тот мир живой, это чувствуешь сразу, как попадаешь в него. По сравнению с ним Селевр напоминает музей с пыльными экспонатами. Лис дал мне материалы по истории Земли и других обитаемых планет той грани. Государства и народы там рождаются и умирают, им на смену приходят другие. Это непрерывный процесс. У нас же все иначе. Мы застыли в одной точке, и это неправильно. Лис подтвердил мои опасения по поводу судьбы всего живого, что населяет наш мир. После того визита я расспросил Феандира, и он открыл мне глаза на многое. Оказалось, Валир участвовала в наложении заклятия на богов. Его нужно снять, Амрольд, в противном случае Селевр уничтожит всех нас, чтобы освободиться от гнета.
– Но зачем? Зачем Валир это нужно?
– Феандир говорит, она хотела как лучше. Стремилась защитить свой народ от вымирания, а заодно и от территориальных притязаний соседей. Тогда эльфов практически не осталось, но и те немногие мешали другим расам. Им не давало покоя, что мы занимаем выход к Этилийскому морю, даром что оно поглотило бо́льшую часть нашего королевства. Валир в тот момент, по словам Феандира, не видела иного способа спасти свой народ, поэтому созвала первый Совет государей и магов Селевра. Хотя, сдается мне, всему виной ее непомерное честолюбие и гордыня. Войдя в Совет, она смогла диктовать отцу свою волю. Этилией до его смерти фактически правила Валир, после же официально заняла трон.
– Неужели ты думаешь, что жалкая кучка эльфов и одна человечка смогут уничтожить колдовство, сотворенное магами древности? Мы обычные эльфы, без капли магического дара, Ильрохир. Нам не справиться с заклятием.
– Этого от вас никто не требует. У нас другая задача. Нам нужно отвлечь внимание лиц, входящих в Совет. Когда группа будет готова, я объясню, что вы должны делать.
Долгий день подходил к концу. Тренировки закончились, и измученная Тали в компании эльфов направилась в баню. В отряде царило абсолютное равенство полов. Спали в одной комнате, мылись сообща, постоянно находились на виду друг у друга, не имея ни своего угла, ни возможности побыть в одиночестве, что действовало на нервы и вызывало вспышки раздражения. Но, по мнению Амрольда, командный дух следовало укреплять именно так. Хорошо хоть, уборную наставник не приказывал посещать коллективно.