Девушка стояла посреди шумной, галдящей толпы, как белая лилия, случайно выросшая на навозной куче. Хрупкая и растерянная, она казалась совершенно чужой в этом мире грязи, криков и вони. На ней было простое дорожное платье, но даже оно не могло скрыть изящества фигуры. Но главным были не платье и не фигура. Пушистых хвосты, которые она испуганно прижимала к себе, и маленькие, аккуратные ушки, подрагивающие от каждого громкого звука. Кицуне! Редкость невероятная для этих мест с начала войны.
Варек замер, забыв и о нытике-торговце, и своих сборщиках дани. Он смотрел на девицу, как удав на кролика. Это был не просто трофей, натуральный бриллиант чистой воды. Сокровище, которым он должен был обладать. Ноги сами понесли его к девушке, он шёл, расталкивая толпу, не замечая никого вокруг.
Лисица стояла, растерянно оглядываясь по сторонам, и в её огромных, голубых, как летнее небо, глазах стояли слёзы. Она прижимала к груди плетёную корзинку, словно это была единственная защита в этом враждебном мире.
— Что столь милая леди делает на рынке в полном одиночестве? — его голос, обычно резкий и неприятный, сейчас сочился сладостью и учтивостью. Он сделал знак охране, чтобы те остались позади, не желая спугнуть свою нежную добычу.
Лисичка вздрогнула и испуганно посмотрела на него. Её губы задрожали.
— Я… я… — пролепетала девушка, — я потерялась. Отстала от каравана моих родичей, и теперь не знаю, что мне делать.
Её голос был похож на звон серебряного колокольчика. Варек почувствовал, как у него перехватило дыхание. Лисица была ещё прекраснее, чем ему показалось издали. И эта беззащитность, эта растерянность, только распаляли его. Магистр повернулся к своему помощнику, тощему, юркому типу, который всегда следовал за ним, как тень.
— Проверь, — коротко бросил ему.
Помощник метнулся к учетчикам, которые сидели тут же, на рынке, и через минуту вернулся.
— Всё верно, магистр, — заискивающе пролепетал слуга. — За ночь и утро из города вышло три каравана на север. Один из них, караван клана Серебряного Ручья, подходит под описание. Догнать их уже будет крайне сложно.
Услышав это, лисичка залилась слезами. Ноги подкосились, и она начала оседать на грязную брусчатку. Но Варек был начеку, подхватив девицу, его руки сомкнулись на тонкой талии. Он почувствовал, как она дрожит.
— Тише, тише, дитя моё, — заворковал Варек, ласково поглаживая её по спине. — Не плачь. Я обязательно тебе помогу. Ты не пропадёшь в этом городе.
Лисичка подняла на него свои заплаканные глаза, в которых светилась робкая надежда.
— Правда? — прошептала она.
— Конечно, — расплылся в улыбке Варек. Он галантно подставил ей руку, как заправский аристократ. — Я, магистр Варек, глава торговой гильдии этого славного города, не могу оставить в беде столь прелестное создание. Позвольте пригласить вас погостить в моём скромном доме, пока мы не придумаем, как решить вашу проблему. Вы будете в полной безопасности, даю вам слово магистра.
Девушка колебалась лишь мгновение. А потом, с благодарной улыбкой, вложила свою маленькую ручку в его ладонь.
— Вы так добры, магистр, — тихо сказала девушка. — Я… я даже не знаю, как вас благодарить. Я, разумеется, не могу отказать такому благородному человеку.
Варек быстро зажмурился от удовольствия. Так легко, так просто! Он с гордостью повёл свою новую знакомую прочь с рынка, чувствуя на себе завистливые и восхищённые взгляды толпы. Сегодня вечером его ждёт незабываемое развлечение.
Я наблюдал за этим спектаклем с крыши старого склада, что притулился на противоположной стороне площади. Солнце припекало, черепица была горячей, но я этого почти не замечал. Всё моё внимание было приковано к двум фигуркам внизу. Лира и её новая жертва.
Чёрт побери, она была великолепна! Я видел сотни актёров в своей прошлой жизни, на сцене и в кино, но ни один из них не мог бы сравниться с ней. Эта дрожь в голосе, эти слёзы в глазах, наивная, доверчивая улыбка. Каждое движение, каждый жест и взгляд были отточены до совершенства. Она не играла роль, она жила ею. Глядя на лисицу, даже я на мгновение почти поверил в то, что передо мной действительно стоит испуганная, потерявшаяся девушка, а не безжалостная хищница, на чьём счету десятки жизней.
— Талантище, — усмехнулся в голос. — Просто талантище! Пропадает в шпионках, ей бы в театре играть.
— До госпожи нам ещё далеко, — раздался рядом унылый вздох.
Я повернулся, рядом со мной, так же не отрываясь от площади, лежали Асаи и две лисички из отряда Лиры. Они были частью нашей группы наблюдения.