— Ревизор первым делом запросит списки личного состава гарнизона, — вступил в разговор полковник, слегка осмелев. — И, если окажется, что вновь прибывший капитан, присланный из столицы, сразу же после своего назначения был отправлен в какую-то дыру, это вызовет вопросы. Граф может подумать, что мы пытаемся что-то скрыть. Что мы избавляемся от неугодных Короне людей.
Мэр задумался, его толстые пальцы снова забарабанили по столу. Доводы были резонными. Лира через своих кукол играла тонко и грамотно.
— Хорошо, — наконец произнёс Ульрих, и в его голосе слышалась растерянность. — Пусть остаётся, но чтобы я его не видел! Заприте в казарме, посадите под домашний арест, что угодно! Чтобы не высовывался, пока ревизор не уедет. Если что, скажете, что заболел.
— Будет исполнено, господин мэр, — в один голос отрапортовали Варек и полковник.
Казалось, вопрос был решён. Но мэр, немного успокоившись, внезапно переключился на новую тему. И эта тема мне крайне не понравилась.
— Но это всё временные меры, господа, — он понизил голос до заговорщического шёпота. — Ревизоры будут приезжать и дальше. Король, хоть и стар, но хватку не теряет. Центральная власть после ухода темных усиливается. Наши весёлые времена действительно подходят к концу. Нам нужно думать о будущем.
Он обвёл своих подельников тяжёлым взглядом.
— Этот ревизор, граф фон Вильяда… — мэр сделал паузу. — Говорят, он везёт с собой казну. Недоимки, собранные с северных баронств. Огромные деньги, целое состояние.
Я почувствовал, как в комнате изменился воздух. Понять, к чему клонит этот жирный ублюдок было несложно.
— Вы что-то предлагаете, господин мэр? — осторожно спросил Варек.
— Я предлагаю решить все наши проблемы, — мэр улыбнулся, и эта улыбка была страшнее любого оскала. — . Мы ограбим его и убьём, заодно всех сопровождающих.
Полковник ахнул и поперхнулся. Даже Варек, казалось, был в шоке от такой наглости.
— Но… но это же… представитель Короны! — пролепетал фон Гросс. — Это государственная измена! Нас… нас будут искать! Всю армию поднимут!
— А кто сказал, что это сделаем мы? — усмехнулся мэр. — Это сделают бандиты. Нападут на караван, всех перебьют, золото заберут. Такое, знаете ли, сейчас случается на наших дорогах. А мы, — он развёл руками, — будем безутешны. Объявим траур, отправим погоню, которая, разумеется, никого не найдёт.
Он смотрел на них, и в его маленьких глазках горел огонь безумной алчности. Он был готов пойти на всё. Убийство королевского чиновника, государственная измена… для него это были просто слова. Главное — золото. Много золота, с которым можно было бы сбежать на край света и жить припеваючи.
— Подумайте, господа, — вкрадчиво продолжал мэр. — Это наш единственный шанс взять такой куш. Как ни крути, старый король не вечен, смена владельца короны государства означает смену правления на местах, вам ли не знать. Как только закрутятся жернова, мы сможем залечь на дно на пару лет, а потом всплыть где-нибудь на южных островах под новыми именами. Богатыми и свободными. Разве не об этом мы всегда мечтали?
Глава 13
Поначалу обе мои карманные марионетки сидели как пришибленные. Идея грохнуть столичного ревизора, да ещё и графа с особыми полномочиями, оказалась для их заплывших жиром мозгов слишком радикальной. Одно дело воровать из казны, переписывать накладные на гнилую капусту и трясти мелочь с рыночных торговцев. И совсем другое, устроить засаду на официального представителя Короны, который везёт с собой не только налоговые недоимки, но имеет под боком отряд отборных воинов.
Фон Гросс вообще побледнел так, словно уже примерял шеей пеньковый галстук. Варек судорожно хватал ртом воздух, напоминая выброшенного на берег карпа. Мэр же, напротив, сидел с таким самодовольным щеблом, будто только что изобрёл колесо и теперь ждал оваций.
Но ступор длился недолго. Лёгкие, почти невидимые тычки в спины, которые профессионально отвесили обеим куклам стоявшие позади лисички Лиры, быстро привели пухлых дядей в чувство. Боль, даже лёгкая, отлично прочищает мозги, медицинский факт, проверенный поколениями дознавателей.
— Вы уверены, господин Ульрих? — прохрипел Варек, затравленно косясь на пустой бокал, который ему только что заботливо наполнила хвостатая «служанка». — Это же… государственная измена. Если нас возьмут за задницу, мы не отделаемся даже весьма непросто каторгой. Нас с живых кожу сдерут, а потом ещё и солью посыплют, чтоб веселее помиралось.
— А нас не возьмут, — мэр откинулся на спинку резного кресла, сложив руки на необъятном животе. — Если, конечно, кое-кто не начнёт скулить и мочиться в штаны раньше времени. Вы меня услышали, полковник?